Невинная для Лютого

Когда она улыбалась, то превращалась из суровой бой-бабы в очаровательное, хоть и объёмное, создание. На пухлых щеках появились ямочки, а тёмные глаза превратились в щёлочки.

— Просто Ангелина, — покачала я головой.

Да, подруги часто обвиняли меня в слишком мягком обращении с прислугой, но я, как и отец, считала, что каждый человек достоин уважения. Папа часто повторял слова Уилсона Мизнера. На все лады. Примерно… Будь добр с людьми, поднимаясь вверх, их же ты встретишь, спускаясь вниз.

И я относилась к нашей Вере, как к любимой тётушке. Конечно, вредничала, но никогда не обижала и не унижала её. Милая женщина средних лет и с вечным пучком на голове приносила мне какао в постель, а ещё незаметно подкладывала к купленным игрушкам сделанные своими руками. Между нами была особая связь. Не родственная, но тёплая.

Поэтому я мягко улыбнулась и этой женщине, надеясь найти с ней общий язык. Суровая на первый взгляд, она растеклась при виде кошки. Значит, сердце доброе.

— А как ваше имя?

Тут дверь открылась, и в дом вошёл Сергей. Он, окинув меня плотоядным взглядом, задержался на груди и с кривой ухмылкой протянул пакет:

— Покупки."

"Я сжалась, с трудом сдерживаясь, чтобы не закрыться руками. Это всегда хотелось сделать, когда друг Лютого был рядом. Если “жениха” я откровенно боялась, то “Волка” опасалась.

— И бинты, — кивнул на мои израненные руки Сергей. Перевёл взгляд на женщину: — Мария, ты чего нашу невесту на пороге держишь?

— Ой, да что же это я? — Женщина бросилась ко мне, осторожно подхватила под руки и потянула в сторону небольшого возвышения, на котором, в уютной арке, стоял окружённый стульями стол.

— Я беременна, — машинально ответила я.

Мария замерла на месте, узкие её глазки расширились от изумления. Взгляд кольнул дверь, за которой скрылся Лютый, губы повешелились.

— Радость-то какая…

Вот только тон был отнюдь не радостным. Сергей, ухмыльнувшись, выхватил из рук женщины бутылку и отпил прямо из горла. Мария, не обратив на мужчину внимания, снова схватила меня за руку и, поддерживая там, будто вела тяжело раненного, предложила:

— Я провожу вас в спальню.

Я царапнула испуганным взглядом ту же дверь, на которую покосилась женщина. О, нет…

Глава 26.