Нужно согреть ее… Ты, можешь подняться.
Девушка-волчица снова негромко вскрикнула и потеряла сознание, упав прямо в руки Марка. Ему ничего не оставалось, как поднять ее. Он как-то странно посмотрел на меня, потом на Никиту.
— Ник, готовь ванну, и… возьми ее.
— Я не могу держать ее и готовить ванну. Отнеси ее на кровать.
Нет! Только не на нашу кровать! Мне хотелось кричать от бессилия. Но…
Я все понимала. Все. Финита ля комедия… Поигралась малышка, и будет.
Ник вышел, Марк все еще стоял посреди комнаты, растерянный.
Дэн смотрел то на него, то на меня. А я…
— Я пойду поставлю чайник. Нужно приготовить для нее какие-то ваши отвары, да? Займитесь ею. Она нуждается в помощи.
— Мия… — голос Марка был глухим, низким, но я уже не чувствовала того, что было раньше. Ничего не чувствовала. Слов не эта девчонка лежала обмороженная на пороге, а я. Это меня заморозили.
Я улыбнулась, стараясь, чтобы улыбка моя выглядела нежной. Повернулась и пошла на кухню.
Там открыла кран, пустила теплую воду, погрузила в нее ладони.
Я вспоминала, как они купали меня… это было совсем недавно. Сколько дней прошло? Я, кажется, потеряла им счет. И это было неважно. Еще совсем недавно не было не важно какой день, какой год. Мне вообще неважно было все — лишь бы они были со мной. А теперь…
Нужно было поставить чайник.
Я сделала это. Потом пошла в спальню. Там никого не было. Они были в ванной. С ней. Все трое.
Я взяла свою сумку и вышла. Прошла в комнату, которую Дэн назвал маминой.
Оделась. Должна ли я была сказать им спасибо? Оставить записку?
Нужны ли им мои прощальные слова?
Я медлила. Еще теплилась надежда, что кто-то из них выйдет, остановит меня. Спросит, куда я собралась.
Нет. Никого.
Я вышла из дома, увидела тонкую тропинку, ведущую в лес. Вокруг было тихо. Уже давно рассвело, но небо было низким, серым, казалось, что в лесу непроглядная тьма. Но я должна была идти туда. Иначе…
Иначе, наверное, боль разорвала бы мне сердце.
Не знаю, сколько я шла. Я ничего не видела вокруг. И ничего не слышала. Только какой-то звон стоял в ушах. И еще мне мерещился в голове голос Марка. Он звал меня. Искал меня. Но я не хотела возвращаться.
А потом я увидела ее. Она сидела на белом снегоходе и улыбалась.
— Мия, детка, садись, поехали…
Глава 36. Марк
Это был какой-то долбанный цирк. Все мои внутренности скручивались от непонятного чувства. Я, волк, Альфа, не мог с собой совладать.
