— Что ты делаешь?
— Сейчас узнаешь! Что бывает с непослушными девчонками?
— Марк, перестань!
— Извини, кроха, ты сама виновата!"
"Первый шлепок был не то чтобы болезненный, скорее — обидный! Это ведь я застала его с голой дамочкой в кабинете? Это он должен был получить хорошенько!
— Прекрати! Остановись!
Второй шлепок, третий… я не могла сказать, что мне больно, но…
За что он наказывал меня?
— За то, что ты ревнуешь на пустом месте! И надо тебя сразу от этих глупостей отучать!
Его рука снова опустилась на мою ягодицу.
— Ай! На пустом? На пустом??? Ты закрылся в кабинете с голой бабой, а я… Должна терпеть эту сучку рядом с тобой?
— Еще и ротик тебе вымою с мылом!
— Прекрати! Хватит!
Я чувствовала, что слезы накатывают, всхлипнула…
— Пусти меня… Пусти!
Он резко развернул меня, прижимая к груди.
— Детка…
Его поцелуй был как нападение, горячий, страстный, неуемный, резкий. Словно он боялся, что это в последний раз. Я не хотела отвечать ему, но выдержать такой напор и остаться равнодушной не было сил.
Марк раздвинул мои ноги, лихорадочно расстегивая ширинку, доставая член, который был твердый, словно выточенный из камня.
— Детка…
Он вошел сразу, заполнив меня до упора, я только ахнуть успела.
— Прости меня…
— Не прощу…
— Что именно ты не простишь?
— Все… Я… я увидела тебя с ней и… мне казалось, что я умру.
— Моя сладкая девочка. Я понимаю, как это выглядело со стороны. Я правда, не ожидал, что она скинет халат и начнет меня домогаться.
— Почему ты не выгнал ее? Почему не заставил одеться?
— Не успел.
И… Знаешь, я специально смотрел, чтобы понять — вызывает ли во мне какие-то чувства ее вид.
Я снова дернулась, мне было больно слышать то, что он говорил.
— Тише, тише, детка… Мне… мне нужен был этот эксперимент. Я знал, что она волчица, что она самка. Знал, что она готова отдаться мне, более чем готова. Раньше я, наверное, был бы не против такого. Даже когда у нас с братьями были какие-то отношения с женщинами, ну, можно сказать постоянные, мы не отличались верностью.
Еще… несколько дней назад я спокойно бы взял то, что мне предлагают. Но… не теперь. Не тогда, когда у меня есть ты!
Он говорил, удерживая меня на месте, не давая двигаться. А мне хотелось, хотелось почувствовать его во мне.
— Мия… Ты веришь мне?
— Марк, пожалуйста… Люби меня, сейчас!
— Скажи, что ты веришь!
— Верю!
Он уткнулся мне в шею, прикусывая кожу, потом зализывая это место. Приподнимал и опускал меня, постепенно наращивая темп.
— Верь мне, детка, верь.
