Сейчас главным было помочь нашей игрушке.
Да, Стелла расстаралась. Вид этой крали, несмотря на то что она была без сознания, будоражил мою кровь. Девочка в красном. Красная шапочка.
Стелла знала, что у волков особое отношение к красному цвету. Красный был символом любви, свободы, страсти. Но недаром для охоты на волков использовали красные флажки…
Красный — опасный. Он редко приносил волкам счастье.
Старый сказочник явно знал об этом. Недаром на той глупенькой малышке из его истории шапка была красной!
Стелла тоже знала.
Хм, интересно…
Знала и глумилась над нами? Или, по наивности думала, что я ничего не пойму? Было в Стелле что-то такое, чего я не мог распознать…Что-то тайное. Звериное. Но она была человеком. Не волчицей — точно.
Мы приближались к нашей добыче, стараясь не спугнуть.
В этот момент она подняла голову — словно на мгновение придя в сознание, посмотрела прямо на нас и улыбнулась.
Мне казалось, я плавлюсь внутри. Эта улыбка шла из самого сердца, делая меня внутри мягким, как воск.
Ох, не к добру это было. Не к добру.
Но думать об этом?… А много ли думают мужчины, у которых нереальный стояк? Которые мечтают об одном — завалить, подмять под себя, всунуть по самые яйца и долбить, задыхаясь от терпкого удовольствия?"
"Я дал команду Дэну аккуратно пересадить девушку мне на спину. Нужно было срочно отнести ее в дом.
Ее запах будоражил, хотелось зарыться мокрым носом в ее сладкое, мягкое тело.
Еще немного, несколько минут и мы дома. И тогда…
Было в ее аромате что-то еще… Что-то странное.
Я подумал о том, не пьяна ли она? Нет, алкоголь я не чувствовал. Было что-то другое. Может, просто ее тело так реагировало на страх — ее пот стал более острым.
Над нами снова пролетела сова.
«С каких пор в нашем лесу летают эти твари?»
Сов я не любил. Сам не знаю почему. С детства они вызывали во мне какую-то странную неприязнь.
Ник проводил взглядом птицу: «Я слышал, что в соседнем заповеднике они расплодились, условия благоприятные».
Дэн осклабился: «Они там что, выращивают почтальонов для Хогвартса?» Огромные белые волки, шагающие рядом со мной, затряслись от хохота.
Когда волки ржут — это выглядит, конечно, уморительно. Но мне было не до смеха. На моей спине лежала бесчувственная малышка, он запаха которой я сходил с ума. Ощущал, как ее ледяные ладошки впиваются мне в гриву, и готов был бежать с этой ношей куда глаза глядят. Как же я хотел ее! До дрожи, до боли во всех членах.
