Беру дочь на руки, придерживая за голову. Совсем еще крошечная, но моя. Роднее быть не может.
Прижимаю ее к себе вспоминая, как впервые ее мне на грудь положили сразу после рождения. Теперь каждый раз этот космос ощущаю, когда ее на руки беру. Вдыхаю ее сладкий запах, качаю, чтобы успокоилась, и в сердце невероятное тепло разливается от этого. У меня снова есть семья. Та, за которую я готов порвать любого.
Анюта все никак не хочет успокаиваться, пока я не делаю смесь, и не кормлю ее из бутылочки. Не хочу будить Илану.
Пусть хоть эту ночь отоспиться.
Поев, дочь успокаивается и засыпает. Я укладываю ее обратно в люльку и долго смотрю понимая, как сильно виноват перед ней и ее мамой. Не смыть этот грех уже ничем, вот только и жить без них я уже не смогу.
Возвращаюсь к Илане в спальню, и как только ложусь, сонная птичка подлезает ко мне. Засыпает сразу на плече. Глажу ее по волосам мягким до самого утра, до сих пор не веря в то, что она дала нам шанс. К себе подпустила, позволила случиться тому, чего так боялась.
Теперь я одного только хочу: чтобы она не жалела и чувствую, что мне придется для этого очень постараться.
Илана вскакивает сама в шесть утра, чуть ли с кровати не сваливаясь. Вижу в ее глазах ужас, от которого все сжимается внутри. Снова боится? Меня…
– Анютка! Боже, я проспала!
Тут же сгребаю ее в охапку своих рук и подминаю под себя.
– Тише. Наша дочь спит. Я проверял двадцать минут назад. Ночью тоже. Не кипишуй.
Вижу удивленный взгляд зеленых глаз."
"– Вы сами проверяли? И укачивали тоже сами?
– И кормил.
Она слушалась меня получше тебя.
Не могу сдержать смешка, видя, как Илана закусывает губу.
– Не провоцируй меня девочка. Не надо так прикусывать губу.
Хлопает на меня ресницами.
– Почему?
– Вот почему.
Беру ее руку и прикладываю к своему паху. Там уже все в боевой готовности.
Краснеет враз. Какая же нежная. Моя.Черт, я снова хочу ее. Как ненормальный.
Илана спала голая, и это была настоящая пытка всю ночь ощущать ее теплое тело рядом, и не сметь тронуть ее во сне.
Чувствую себя героем за то, что сдержался, вот только утренний стояк никто не отменял, да еще и в ее присутствии встает еще больше. Аж до боли уже.
Провожу рукой по ее светлым волосам. После родов еще более красивой стала. Манящая, привлекательная, заводящая с полуоборота.
Обнимаю птичку, подминаю под себя. Вижу, как сильно она все еще смущается, а мне это жутко нравиться. Девушка краснеет, и мне в этот момент хочется всю ее облизать.
