Как маленькая, буквально с нуля, по крошечному звуку выдавливаю из себя, но пока все же предпочитаю язык жестов. С Волком наедине и итого хуже, не могу и слова проронить. Стесняюсь его жутко. Мне кажется, что я совсем забыла, как говорить, и мой голос какой-то уж слишком слабый, но он и так понимает меня. Улавливает сразу мои жесты, а отвечает голосом.
– Ты ради меня язык жестов выучил, а я…даже говорить нормально не могу. Не такую жену ты хотел себе… Прости.
Из глаз слезы стекают, но Рома перехватывает мое лицо руками, заставляя посмотреть себе в глаза.
– Девочка, тебе не за что извиняться. Я не жалею, что ты моя жена, слышишь? Я счастлив. Очень. Ты нравишься мне такой, какая есть. Все наладится, птичка. Ты будешь говорить, тебе просто надо время, а если и нет, мне плевать. Я и с жестами тебя отлично понимаю. Мне все равно, говоришь ты или нет. Это вообще не важно.
Всхлипываю, когда Рома привлекает меня к себе, и накрывает мои губы сладким поцелуем, гладит по волосам. Я же…как губка впитываю его ласку.
Мне хочется ее еще, еще больше, до предела.
Каждую ночь Роман дарит мне невероятную страсть и ласку, однако днями я чувствую себя скованной. Иногда я просыпаюсь от своих кошмаров, плачу в голос во сне, и в такие ночи мужчина крепко меня обнимает и целует, успокаивает, пока я в голос не скажу ему “спасибо, все прошло”.
Он словно приручает меня, специально делает все, чтобы я хоть звук произнесла, и каждый раз я вижу улыбку на его лице, когда хоть слово говорю.
Я знаю, ему тоже больно.
Даже не представляю, что бы я сделала на его месте. Как бы я мстила за потерю своей семьи. Глядя на Анютку, которая имеет такие же серые глазки, как и у Волка, я не могу ненавидеть его так, как раньше. Пусть больно и жестоко. Пусть он сделал это насильно, но он мне дочь подарил. Такую крошечную и ласковую, красивую и любимую, как две капли воды похожую на него.
Порой мне кажется, что я никогда не смогу его простить. Я знаю, что монстр все еще живет в нем. Он никуда не делся, просто Роман спрятал его подальше, чтобы снова меня не пугать, однако это всегда будет между нами.
За эти четыре месяца во мне что-то меняется. Не знаю даже, что именно, но я начинаю видеть в Волке не только страшного зверя. Нет. Теперь он отец моей дочери и мой муж. Он заботиться о нас. Анютку очень любит. Я вижу это, хоть Роман и старается не показывать этого.
Теперь мне не нужно идти к Валентине, чтобы попросить о чем-то Волка через нее.
