Невинность по контракту (СИ)

Что-то о редкой породе…

Такой симпатичный, красивый козлик.

— Прошу, дорогой, уважь, — с улыбкой обратился к Тиграну Самвел.

По его знаку Тиграну поднесли блюдо, на котором лежал нож с изогнутым лезвием. Я не успела спросить, что дальше. Тигран ободряюще сжал мою кисть, потом быстро направился к козленку и, как ни в чем не бывало, перерезал тому глотку.

Кровь брызнула на зеленый газон.

Дурнота подкатила к горлу. Самвел наблюдал за моими реакциями с тонкой усмешкой:

— Отличное начало вечера.

— У меня… пост… — промямлила я, стараясь не смотреть на руки Тиграна и пытаясь удержать тошноту.

Несколько секунд прошло в борьбе с тошнотой, пока направлялись к столу, приготовленному для нас. Я даже победила. Почти победила.

Потом заметила крошечное пятнышко крови на манжете рубашки Тиграна и резко отступила в сторону, вырвала у официанта ведерко со льдом и… меня стошнило.

— Неужели вас можно поздравить с грядущим пополнением?!

Понимаю, что провалилась.

Что же делать? Снова склоняюсь над ведерком, дыша…

— Вы так и будете любоваться, как меня тошнит? Или кто-нибудь подаст мне хотя бы платок?! — бубню, жмурясь.

— Тигран, мои поздравления! — продолжает гнуть свою линию Самвел. — Надеюсь, будет наследник?

Я прижимаю ко рту полотенце, протянутое служащим. Рядом со мной появляется дочка Самвела.

— Пойдем, — протягивает ладонь.

— Уважишь старую традицию… — шелестит голос Самвела, полный радостного возбуждения.

Традиция. Традиция.

Возможно, зарезать козу или барашка у них в чести, та же дочь Самвела не поморщилась!

Но я никогда… никогда такого не видела!

И при словах Самвела, что у них еще какие-то традиции есть, меня… снова обильно выворачивает остатками обеда. Теперь уже на платье принцессы — дочери Самвела.

— Па-а-а-ап! — закатывается ревом.

Девчонка бьется в припадке, а потом вдруг бросается в мою сторону:

— Убью, сука! Ты хоть знаешь, сколько стоило это платье?! Знаешь, чего стоило заказать его у…

— Уведите! — командует Самвел.

Что-то его служащие не торопятся бросаться под горячую руку дочери старика, бьющейся в истерике. Неужели она психованная или просто настолько бешеная?! Старику самому приходится выкручиваться.