Онлайн-библиотека книг
Кровавой войны. Насмерть. До полного краха.
— Надо ехать, Бадрид.
Братья поднимаются. Полная готовность.
Спокойны и собраны, как всегда во время опасности и угрозы.
Как и должно быть.
— Нет.
Откидываюсь в кресле.
— Ехать на разборки, которые нам устроили и отбиваться это не вариант. Надо ударить в ответ. По самому для них ценному. Иначе нам войны не выиграть.
Блядь. Сжимаю кулаки.
В конце концов, первый удар пошел от нас.
По-хорошему, если разобраться, то каждая из их семей в своем праве!
Дурак.
Ну, как можно было просто. Так тупо. Палить по всем без разбора? Не думая ни о каких последствиях!
По сути дела, эти люди пострадали ни за что.
Всего лишь из-за его дикой одержимости девчонкой. Желанием ее забрать из клуба и уничтожать всех, кто встанет на его пути.
Хотя они и не становились. Они просто пришли, как обычные посетители.
В мой клуб!
И не обычные, а самые что ни на есть элитные! При этом, постоянные.
Зная, что никакой угрозы для них в месте, принадлежащему нашей семье нет и быть не может!
Правда, Арман девчонку Романа туда приволок.
Все мы в ответе. Все.
Но Роману в любом случае не стоило так горячиться!
Мать твою!
— Будем готовить решающий удар, — чеканю, чувствуя, как сводит челюсти. — Но прежде я попробую нанести визиты. Переговорю с каждым. Принесу наши извинения и предложу компенсации. Любые. Любые!
И это правда.
Потерь, конечно, может быть немерянно. Непредвиденно.
Но и наша вина прямая. Надо быть справедливым. Виноваты мы. Багировы. И неважно, что все это нелепая случайность. Что Ромка с катушек слетел и озверел.
Наша вина.
— Серьезно, Бадрид?
Арман вскидывается."
"— Молчи. Ты молчи. Привезти туда девчонку была твоя идея. Люди пострадали ни за что. Я должен принести извинения, Арман. Запомни. Если ты неправ, неважно, какая за тобой стоит сила. Ты неправ и все. И должен извиниться. Даже перед тем, кто стоит на сто шагов ниже и не представляет для тебя угрозы.
— Надо было ее вышвырнуть подыхать в пустыне. Тогда Роман даже если бы и приехал, то выжигал бы только песок.
— Значит, надо было, — сжимаю пальцы. — Мог бы предвидеть, что он слетит с катушек. Землю вывернет. Пусть он ушел из дома в двенадцать, но характер и натура наши.
