Онлайн-библиотека книг
— Что «ты», Ханнари? Влюбишься, расстанешься, глядя на свое разбитое сердце, и до конца своих дней будешь убеждать себя, что сделала правильный выбор?
— Это единственный правильный выбор, — прошипела я. — Или все, или ничего.
— Я тебя услышал, девочка. Понял и проникся. Не сказать, что я в восторге, но, чтобы быть с тобой, пошел бы и на такое, если бы это было возможно. А сейчас дай мне помазать твою руку мазью и ложись спать. Уже поздно.
— Заживет.
Отняв ладошку, закуталась в плед по самые уши, чувствуя, как лицо горит от злости и непонимания.
Я все сделала правильно. А драконы не посмеют давить на меня договором, который я собираюсь разорвать в одностороннем порядке. Больше никакой близости, никаких касаний и никаких разговоров по душам.
Я им чужая, отныне и на веки вечные. И нужно дать им это понять как можно раньше, чтобы быстрее затянуть свое сердце бинтами и не позволить истечь кровью.
В конце концов, на кой черт мне два этих вредных, самоуверенных, наглых и авторитарных дракона?! Жила же как-то без их присутствия, и дальше буду жить точно так же!
В голове впервые возникла мысль уехать.
Покинуть Дрианиш с его глупыми правилами и исчезнуть за границей земель, навсегда закрывая для себя путь в родной город.
Новая жизнь, новые люди вокруг, новые обстоятельства. Может, там, за горизонтом, живет кто-то, кто заставит меня быстро забыть о случившемся? А может, я и сама забуду, увлекшись своей новой жизнью?
Здесь меня ничего не держит, а традициями я наелась досыта!
И просто больше не смогу позволить другому дракону вновь остаться с собой наедине.
Я сама по себе, надо это запомнить.
День пятый
Глава 27
Я проснулась в полной тишине, разбуженная светом из окна, приглушенным задернутыми шторами.
В доме никого не было. Судя по тому, что постель была смята только с моей стороны, спала я одна, а драконы… Драконы были где-то еще, заставляя сердце от этой мысли отчаянно сжаться.
Больно. Но все правильно. Так и должно быть.
Словно в бреду, я умылась, позавтракала, долго и пристально сверля стену взглядом. Переоделась в свою одежду, два раза попила чай, долго дышала на балконе, мысленно прощаясь с городом, в котором родилась. Старалась прогнать нависающее гранитной плитой одиночество, которое перестало быть прежним, отныне только разрушая и не позволяя созидать.
