— Но ты девушка! — насилу выговорил он.
— Да, но отец моей матери — Великий Могол Акбар. Она росла в Индии и, вернувшись в Англию, привезла с собой слуг. Когда у меня начались крови, Рохана, одна из служанок мамы, показала, как готовить салфетки любви. Мама всегда утверждала, будто ничто так не портит мужчине удовольствие, как бесстыдное свидетельство прошлых наслаждений.
Евнух кивнул.
— Твоя матушка права, и теперь я понимаю, откуда у тебя миндалевидные глаза! Если говоришь правду, тогда приступай к делу!
Он ушел, а Индия, порывшись в поставцах, нашла серебряный тазик, наполнила его водой, надушенной розовым маслом.
Рядом с тазиком лежала стопка аккуратно сложенных салфеток. Взяв с дюжину, она принесла их вместе с тазиком в спальню, поставила у кровати и поспешила в сад. Кейнанреис сидел на том же месте, любуясь луной.
— Господин, — осмелилась прервать девушка его размышления, — мои труды на сегодня закончены. Будут ли еще приказания?
— Отправляйся в гарем и приведи мне Найлу. У нее самые светлые волосы из всех и пышная грудь.
Я проведу ночь с ней. Он устремил на Индию непроницаемый взор темных глаз.
— Я должна водить тебе потаскух? — взорвалась девушка.
— Выбирай, что лучше — доставлять их мне либо занять их место, — холодно перебил он. — И не смей их чернить. Они вполне порядочные женщины, гаремные невольницы, всячески почитаемые в моем доме. Не суди о том, чего не понимаешь. Здесь не Англия. Это Эль-Синут. После того как приведешь Найлу, ложись у двери спальни — на случай, если понадобишься ночью.
Индия повернулась и бросилась бежать. Это последняя капля! Какое унижение! Сначала ее заставили весь день ходить полуобнаженной, выкрасили кармином соски; хорошо еще, что окружающие не слишком обращали внимание на ее вид! К тому же пришлось рабски прислуживать надменному дею! Купать его! Кормить! Одевать! А теперь еще и это?! Невыносимо! Но если она откажется, что с ней будет? Он такой непонятный человек: справедлив и добр к тем, кто приходит просить правосудия, но с бездумной жестокостью послал несчастного Адриана на галеры.
И хотя Индия совсем не понимала дея, все же быстро усвоила, что тот не потерпит неповиновения.
Отыскав гаремную половину, она вошла и неспешно оглядела женщин. Те намеренно игнорировали ее, считая, что ничтожная рабыня не достойна доброго слова. Четыре женщины из семи оказались полными блондинками. Индия застыла в нерешительности. Но ту», на счастье, появилась Ааура.
— Какую он желает? — шепнула она.
