Плакали ли они, узнав о ее судьбе? Да и дошли ли до них печальные вести? Или они до сих пор думают, что она сбежала с Адрианом Ли, стала его женой и когда-нибудь вернется? Скучают ли по ней или отреклись от легкомысленной дочери и сестры и увезли Фортейн в Ирландию, чтобы выдать замуж? Фортейн оказалась куда послушнее и умнее, чем она, ее старшая сестра!
Индия тихо всхлипнула.
Вошедший Кейнан-реис услышал отчаянные рыдания и поспешил к жене.
— Что с тобой, бесценная моя? — прошептал он, сжимая ее в объятиях.
— Кто тебя расстроил?
— Я… с-с-скучаю по родным, — пробормотала Индия.
— Понимаю, — кивнул Кейнан, гладя жену по голове.
— О-они не з-знают, где я!
— Подари мне дитя, чтобы никто не смог отнять тебя у меня, мое сокровище, и обещаю, что сможешь написать твоей матери. Я сказал, что люблю тебя, и это чистая правда. Но не перенесу, если разгневанный родитель задумает увезти мое сокровище.
— Я… я тоже люблю тебя, но хочу, чтобы моя семья знала об этом и порадовалась нашему счастью, повелитель.
— В свое время, в свое время, — поклялся он, страстно целуя жену. — Ты принадлежишь мне, любимая, и я никому не позволю нас разлучить.
Индия тут же забыла обо всем на свете. Все мысли о прошлом сгорели в огне желания. Она любит и любима! Что может быть прекраснее?!
— О, повелитель, — пробормотала она, чуть касаясь его губ, — я обожаю тебя! — Ее рука нежно скользнула по его плечу. — Мне хорошо с тобой. И я готова остаться здесь до конца моих дней.
Позволь показать, чему научили меня сегодня днем твои женщины. Потом ты скажешь, доволен ли своей послушной рабыней."
"К величайшему удивлению Кейнана, Индия высвободилась из его объятий, подтолкнула на подушки и, оседлав мужа, провела ладонью по его груди. Сначала она стеснялась, потом осмелела и подвергла его сладкой пытке, перекатывая соски между пальцами и чуть сдавливая. Он попытался было сжать ее соблазнительные маленькие грудки, но Индия наклонилась и стала целовать и лизать бронзовую кожу, медленно, невыносимо медленно сползая вниз, щекоча его непокорными локонами.
Кейнан едва дышал из страха, что она остановится, гадая, как далеко она осмелится зайти. И тут ее пальцы сомкнулись на корне его мужской силы. Другая рука прокралась между бедер, маленькая ладонь заключила, словно в чашу, мешочек с драгоценностями. Индия приникла к нему, ошеломленная собственной смелостью, но не в силах оборвать ласки.
