— Пусть во тьме ночи тебя согревает мое тепло.
Кейнан приподнялся и стал двигаться, свирепо вторгаясь в нее снова и снова.
— А ты, лежа в одинокой постели, не забудь мою страсть, бесценная, — прорычал он, впиваясь в ее рот.
Индия забыла обо всем. На какой-то момент его губы заслонили весь мир, и больше ей ничего не нужно! Лихорадочное напряжение копилось в ней, нарастало и нарастало, пока не взорвалось в безумном шквале упоения.
Оба, лишившись последних сил, откинулись на подушки. Индия положила голову на грудь мужа, слушая, как бешеный стук сердца понемногу сменяется более ровным.
Она теснее прижалась щекой к чуть влажной от пота коже, вдыхая родной запах, теплый и пряный. Как она удивилась, поняв, что у Кейнана свой неповторимый аромат, и отнюдь не неприятный! Она так привыкла к нему!
Объятия мужа стали крепче.
— Я люблю тебя, — прошептал он. Да, она стала для него дороже всего на свете. И Кейнан сдержит обещание, когда вернется с охоты. Он уже нашел протестантского священника, доброго лютеранина, согласившегося тайно обвенчать дея с первой женой.
— Я прекрасно понимаю, повелитель, необходимость держать все в секрете, — заверил тот. — Если узнают, что вы поддались мольбам женщины, к вам потеряют уважение. Все же благослови вас Аллах! Очевидно, вы почитаете Бога в любом воплощении, так же как и я. Поэтому я и оказался в Эль-Синуте. Подобные воззрения крайне раздражали высокопоставленных отцов церкви. Меня прислали сюда, чтобы попытаться вернуть на родину пленников-протестантов. Епископ заявил, что таким образом я не смогу развращать невинных.
Священник весело ухмыльнулся. Дей тоже не удержался от улыбки.
— Я ценю твое благоразумие, — кивнул он. — Индия будет счастлива, а ее счастье для меня главное. Мы сами предстанем перед тобой через несколько дней — не стоит, чтобы тебя видели во дворце. А за это, пастор Хасслер, ты всегда можешь рассчитывать на мою помощь при выкупе пленных.
Священник со слезами на глазах горячо поблагодарил дея.
Возвращаясь во дворец, тот облегченно вздохнул.
Да, они обвенчаются, как, несомненно, желали бы родители Индии. Мало того, он расскажет жене о своем прошлом. Откроет, что он — Деверелл Ли, сводный брат Адриана и законный наследник графа Окстона. Конечно, для нее это будет огромным потрясением, но дей твердо знал: Индия ни за что не поверит, будто он убил Чарлза Джефферса. Просто был слишком молод, доверчив и, опасаясь ложного обвинения, бежал, вместо того чтобы остаться и доказать свою невиновность.
