Он слишком хорошо подготовил ее к своему вторжению, и хотя Индия отчаянно пыталась отказать ему, тело предало ее. Тугие ножны обволокли его копье, тела сплелись. Он застонал, а она отозвалась пронзительным вскриком, почти теряя сознание от благословенного экстаза. Он стиснул ее запястья и поднял руки над головой, стремясь проникнуть в самую ее суть.
— Обними меня ногами, распутная сучка, — проворчал он, и Индия не колеблясь сцепила ступни у него за спиной и вонзилась зубами в плечо. Он взвыл, но не перестал двигаться.
Она… она не может больше противиться ему и своей природе.
Индия обмякла, задыхаясь, как рыба на суше, со свистом втягивая воздух, отдавшись на волю сладостного упоения, одурманившего, как крепкое вино, но тут же отхлынувшего. Обессиленная, беспомощная, она тихо всхлипнула:
— О Боже! Как я ненавижу тебя.
И содрогнулась в последних спазмах.
Он еще несколько минут придавливал ее к кровати, пытаясь отдышаться. Господи, как же долго он не погружался в эти манящие глубины, не знал безмерного наслаждения, которое только она могла ему дать.
Он так хотел обнять ее. Сказать правду. Но не мог. Не доверял.
Лживая, подлая гадина с горячей кровью. Совсем как его мачеха. Готова торговать собой, лишь бы добиться своего. Граф откатился и встал.
— Доброй ночи, мадам, — пожелал он и исчез. Ошеломленная Индия не могла пошевелиться. Тело ныло. Измятые губы распухли. И все же, как ни постыдно признать, она алкала этих ласк. Недаром он назвал ее распутной девкой. Она и ощущала себя таковой. Его исступленный поцелуй бросил ее в бездну экстаза.
Индия осторожно коснулась пальцем рта. Его губы пробудили в ней смутные, неясные воспоминания. О чем? Она так и не поняла.
Индия тихо всхлипнула, сама не зная, почему плачет. Он выказал себя настоящим подонком, и она совершенно беззащитна против него. Она ожидала поспешного совокупления и, уж конечно, не столь жгучей страсти. Неужели этот холодный, бесчувственный человек способен на такое?
Индия укрылась с головой пуховым одеялом и свернулась клубочком.
Она не сознавала, что трясется как в ознобе, а слезы обжигают лицо. Что она наделала? Зачем согласилась на этот брак без любви? Какие еще неприятные сюрпризы приготовил ей муж?
Она так хотела быть любимой! Любимой человеком, которого больше нет на свете. Хоть бы век не знать Деверелла Ли! Ах, если бы не малыш, она скорее бы умерла, чем отдалась бесчувственной скотине!
Деверелл услышал ее плач и едва удержался от порыва бежать к ней, успокоить и утешить.
