Старший лейтенант приблизился к группе наемников, положил палец на спусковой крючок автомата и негромко скомандовал:
– Мордами в землю!
Араб округлил глаза, его рука автоматически схватилась за «Калашников».
Заплетин чуть опустил ствол и дал короткую очередь в живот наемнику. Моряк и Подкова с флангов положили крайних боевиков, остальных бандитов разведчики взяли в кольцо.
– Стволы на землю! – Запевала дал еще одну очередь под ноги наемникам. – На колени! Руки держать перед собой вытянутыми! Не вверх! Я сказал: перед собой вытянутыми!
Виктор ногой ударил араба, не выполнившего команду.
Тот схватился за разбитое лицо, но снова получил тяжелым ботинком по смуглой роже.
– Перед собой, не понял?
Еще один удар, и «поплывший» наемник вытянул руки.
Пантера подошел к «маске», стоящей на коленях третьим слева.
– Встать!
Ноль эмоций.
Из прострации Пантюхин вывел славянина привычным способом, рубанув острым, как бритва, десантным ножом-мачете по вытянутой руке. Нож – это когти Пантеры, и он владел им, как руками.
Сталь почти отсекла кисть наемнику.
– Встать!
Вместо этого бандит повалился на землю, воя и прижимая к животу изувеченную руку.
– Кто тут у тебя? – спросил, подходя, узкоплечий Скутер. – Опять, наверное, харьковчанин. Режешь, режешь вас, б....и сальных... – Горчихин убрал автомат за спину, коленом надавил в середину спины наемника и сорвал с него маску. Потом рывком поднял на ноги и развернул к себе лицом. – Здоровеньки булы! Куды собрался, видоплясов? На ридну Украину? К гарным дивчинам?
У украинского наемника оказалось грубое овальное лицо, массивный подбородок покрыт недельной щетиной, короткие светлые волосы слиплись под шапкой и курились на морозном воздухе.
– Фамилия, мля, откуда родом, где проходил подготовку? – потребовал Пантера, поменяв мачете на нож с длинным, семнадцатисантиметровым, лезвием и самшитовой рукояткой, который он метал в дерево на привале.
Видя, что наемник не реагирует на его слова, лейтенант поднял руку с ножом.
– Опусти-ка его, Скутер.
– Нет! Стой! Я скажу! – лихорадочно выкрикнул украинец, пережав пальцами здоровой руки перерезанные вены на другой. – Ящук Леонид Георгиевич. Городницы, Житомирская область. Готовился в диверсионном центре Рустэма Давлатова. Начальник школы Увайс Рагимов, чеченец.
– Все?
– А что еще? – высохшие губы наемника плясали. Его начало знобить, и он, морщась от нестерпимой боли, стонал и все сильнее прижимал руку к груди.
– Когда тебя забросили в Чечню?
– В начале июля.
