Я, собрав всё свое мужество в кулак, решительно впился зубами в ИРП, оторвал крупный кусок и принялся жевать. Через пару секунд понял, что не ощущаю никакого вкуса, и чуть не выплюнул единственную пищу, которую способен усвоить мой желудок. Отщёлкнул колпачок на балоне с жидкостью, и сделал пару глотков. Пища мгновенно заиграла вкусовыми красками. Жжёная резина, мел, пересоленное горелое мясо — всё это показалось бы невероятно вкусным, если сравнивать с концентратом.
— Вот суки! — выругался я, с трудом проглотив пережёванную пищу.
— Да за такое надо расстреливать на месте. Шиц, как можно это жрать?
— Я не могу ответить на данный вопрос, так как не подключён ко всем твоим органам чувств. Ко мне от твоего тела поступает только зрительная и звуковая информация.
— Ты издеваешься? — проворчал я, и сделал ещё один глоток жидкости, чтобы смыть вкусовые ощущения. Повернувшись к спутнице, спросил: — Пить будешь?
— Нет, Аудрэй. Вода чужак плохой, как моча дохлый вука-вука. Моя жалеть тебя, каждый раз хлебать такой гадость.
Девушка с невозмутимым лицом сжевала свою половину плитки, а затем спустилась к реке и у меня на глазах напилась из неё чистой, свежей, прохладной воды, зачёрпывая ладошкой. Я, люто завидуя и давясь мерзкой на вкус слюной, догрыз сухпай и запил его несколькими большими глотками жидкости из баллона. Всё, в ближайшее время не должен сдохнуть от голода и жажды.
— Шиц, если местные могут есть концентрат, может и нам можно пить местную воду? Ну, прокипятить её, или ещё чего.
Дышать я могу, и здешний воздух здесь не вызывает у меня раздражения слизистой.
— Кэп, в моей базе данных нет информации по этой теме. — уклончиво ответил искин. Вот же вражеский шпион, на любой неудобный вопрос один ответ — нет информации.
— Аудрэй, помочь! — голос некоши отвлёк меня от неприятных размышлений. Синекожая красотка зачем-то углубилась в густые заросли кустарника, из которых торчала только её голова, и оттуда махала мне рукой. Вот же неугомонная, что она там нашла?
— Надо поднять, моя мало сил.
Нужен уно, мужчина. — девушка указывала на довольно большую, массивную дверь, закрывающую вход в какой-то погреб. — Это место для отдыха. Скоро малая ночь, голова болеть.
Ухватившись одной рукой за верёвочную петлю, я поднатужился, и поднял створку. В лицо тут же пахнуло ароматными травами. Сразу накатили воспоминания из детства — сеновал, ночь, девки…
— Аудрэй, я спускаться первая, ты после, закрывать за собой крышка.
