Ишь, как вцепился в него, а ведь совсем недавно хотел выкинуть.
— Сан, у нас же был план. Выманиваем золотых зверей наружу, и расстреливаем из оружия.
— Мы подойдём вплотную, незамеченными. — гнул свою линию краснокожий. — Атакуем внезапно, пока хранители не задействовали свои усиления. Здесь, в зоне, золотых старших сейчас всего три. Убить нужно всех, тогда у нас будет шанс уйти.
— Сан, откуда ты знаешь, что их всего три? — я остановился на месте и перехватил орудие так, чтобы можно было мгновенно начать стрелять.
— Эмао дала знак. Вон там, видишь? — абориген указал рукой. — Три дерева с листвой, отличающейся от остальных. Так не бывает, чтобы в золотой зоне были жёлтые деревья. Значит Эмао что-то хочет передать нам.
— Чёрт. — глухо выругался я. — Грёбаное колдунство! Сан, с чего ты решил, что этот знак предназначен для нас?
— Знаю! — твёрдо заверил абориген. — Идём, хватит болтать."
"И я пошёл. Чуйка, обычно воющая при сильной опасности, сейчас молчала, к тому же у меня была подстраховка — Дракот.
Да, питомец нагнал нас, и сейчас должен был держаться позади, на расстоянии нескольких сотен метров.
— Драк, ты что-нибудь видишь? — обратился я к чёрному по мыслесвязи.
— Нет, Аудрэй. Ни одного старшего. Это странно, обычно кто-то должен летать над гнездовьем, следить за подступами.
— Ты долго ещё продержишься в невидимости? — мы решили, что питомец будет скрываться от Сана до последнего, пока не потребуется вмешательство.
— Ещё несколько минут, а затем перерыв в полчаса. — сообщил Дракот.
— Когда действие усиления почти закончится, садись за какой-нибудь кустарник и жди. Восстановится невидимость, тогда нагонишь нас.
Пришлось заставить себя не оглядываться, чтобы охотник не заподозрил чего. Так мы и шли, с дистанцией в один метр, след в след, пока не приблизились вплотную к золотой локации.
— Кэп, я слышу странные звуки изнутри зоны. — произнесла искин. — Словно кто-то скулит, и подвывает.
Отвечать я не стал, помня приказ краснокожего. Так мы и вошли в золотой лес.
Даже при отсутствии яркого светила здесь всё переливалось и сверкало столь интенсивно, что у меня зарябило в глазах. Проклятье, да если местные мутанты такие же бестящие, мы их попросту не разглядим во всём это мельтешении.
Сан наконец остановился, повернувшись ко мне лицом. Знаками, на пальцах, он показал, что нам нужно разделиться, и направление, куда мне идти. К этому моменту я уже и сам стал различать странные звуки, похожие на жалобное поскуливание пса.
