Пришедшие, конечно, слегка удивились, увидев согнутого пополам Анджея, издававшего протяжные охи и ахи, и крутящегося рядом Тоцкого. Та ещё картинка."
"Пока Анджей довольно туманно и сбивчиво объяснял Энтони, что с ним приключилось, Филипп обследовал чертополохи и выдал неутешительный вердикт, что это и есть лесной хомунник, который вызывает страшный зуд. Участники инцидента, кстати говоря, уже начали почёсываться, что только подтверждало вывод Филиппа.
— Я знаю рецепт чая, снимающего зуд, — успокоил он. — Душица гремучая, тальник пьянящий и тутоцвет змееголовый в равных пропорциях.
Как выяснилось, растут все эти травы в оврагах поблизости озера. Поэтому было решено, как можно скорее отправляться в путь. Энтони возглавил отряд. Тоцкий-старший, наоборот, решил идти последним — следить, чтобы никто не отставал.
Экскурсанты шли по широкой лесной тропе. Валерия с любопытством глазела по сторонам, но ничего необычного не замечала. Лес и лес. Не очень густой. Деревья, весьма похожие на земные осины, росли неплотно.
Кое-где встречались заросли кустарников. Если в районе моста ощущалось что-то таинственное и нереальное, то здесь это чувство исчезло.
Скорость передвижения была не очень высокой — из-за Анджея. Он так и не смог полностью распрямиться. Всё время потирал спину, кряхтел. А ещё чувствовалось, что зуд усиливается. Он почёсывал то руки, то ноги, то бока. Вот ведь коварное растение — подействовало даже на те участки тела, которые были одеждой прикрыты. Почёсывался ли Тоцкий, Лера не знала — он же шёл в хвосте, она его не видела.
А вот у Моники, которая всеми силами избегала чертополохов, всё-таки имелся небольшой участок поражения — ладонь. Видимо, когда пыталась вытянуть Анджея из репейника, задела рукой растение. Так сказать, производственная травма.
Просвет между стволами деревьев постепенно становился всё светлее и светлее и, наконец, взгляду открылась тёмно-синяя озёрная гладь. Тропа оборвалась на высоком берегу. Красота — дух захватывает.
Противоположный берег был обрамлён лесом. Высокие ели — на вид древние, трёхсотлетние, вплотную подступили к воде. Солнце было уже на самом горизонте, его не видать. Только край неба над озером ещё был светел и окрашивал воду в нежно-розовой цвет.
Энтони выбрал место для лагеря — ровную поляну, поросшую невысокой травой. Общими усилиями через полчаса лагерь был разбит, палатки установлены. Одна — для девушек, вторая — для парней и третья — для преподавателей.
