Невыживший

Запах кошачьей мочи показался ему куда приятней той терпкой удушливой смеси, которая заполнила квартиру Жженовой.

Самсонов принял душ и поджарил себе пару яиц с беконом. Он почти не думал о Наталье, когда был в управлении или ездил по делам, но здесь, в собственной квартире, где они с ней прожили не так уж долго, старший лейтенант вдруг остро ощутил, что ему не хватает ее. Он задал себе вопрос: готов ли он дать Наталье то, что она хочет, ради того, чтобы видеть ее каждый день, возвращаясь с работы домой, а также по выходным? Чтобы найти ответ, надо было представить себе эту жизнь.

И еще… ребенка. А может, даже и не одного. Самсонов тяжело вздохнул и приоткрыл окно, чтобы свежий вечерний воздух проник в дом. Он стоял, глядя в темноту окна, испещренную неоном вывесок, когда яичница шипением дала знать, что готова. Полицейский выключил конфорку и принялся соскребать со сковороды то, что получилось. Выглядело и пахло аппетитно.

Самсонов заканчивал свой поздний ужин, попивая зеленый чай, когда ему позвонил Рогожин.

– Ну, что? – спросил Самсонов, поднеся телефон к уху.

– Жженова мертва! – Рогожин вкратце описал то, что обнаружил в квартире журналистки.

– Вызывай Полтавина, – велел старший лейтенант, когда опер закончил говорить. – Я еду к тебе!

Он повесил трубку, поставил тарелку в раковину, вылил туда же остатки чая и стал собираться.

Убийца добрался до Жженовой! Это была его, Самсонова, вина. Он решил, что преступник выйдет на связь с ним, захочет доказать, что полиция ошибается на его счет, но тот взялся за журналистку.

И среагировал очень быстро, а ведь Самсонов считал, что преступник не интересуется реакцией прессы и не читает газет. Значит, он не так уж и зациклен на мести? Может, он мечтает прославиться и тщательно следит за публикациями? Как иначе он так быстро узнал о статье?

Уже по дороге к машине Самсонову пришла в голову мысль, что, возможно, из-за убийства Жженовой у Корчаковой появился шанс: что, если убийца отложил экзекуцию с бамбуком, чтобы разделаться с журналисткой, а уж потом вплотную заняться очередной запланированной жертвой? Хоть бы так!

– Я сейчас вырублюсь! – сонным голосом пожаловался оклеенной веселыми обоями стене Рогожин.

Он сидел в кресле, наблюдая за снующими по квартире криминалистами под предводительством Полтавина.

– Не хнычь, – равнодушно зевнул Самсонов.

Он осмотрел место преступления вместе с медэкспертами и даже успел отклонить два предложения Полтавина сделать ставку.