Невыживший

– Что за игры?! – раздраженно пробормотал он.

Жокей должен был поджидать здесь Душицкого. Если только он не следил за полицейскими и не видел, как они отправили Душицкого с ипподрома. Тогда… а что он предпринял тогда? Самсонов задумался.

– Слушай, а может, он смылся? – предположил Коровин.

– Зачем? Он ведь не знает, что мы вышли на него.

– Если догадался… – Самсонов запнулся. Ему стало очевидно, что если Меркальский понял, что его раскусили, то он предпримет совершенно определенные шаги: закончит начатое. И сейчас, пока Самсонов и Коровин бегают по ипподрому, разыскивая его, у него появилась фора.

Старший лейтенант развернулся и начал протискиваться к выходу, не обращая внимания на возмущенные окрики зрителей, которых ему приходилось распихивать локтями. Коровин не отставал.

Выбравшись в проход, Самсонов набрал номер Григория Поленова.

– Алло, Валер, какими судьбами? – Следователь из уголовки явно был рад слышать коллегу. – Появилось что-нибудь по делу того психолога? Спешишь поделиться информацией? – Тон у Поленова был шутливый.

– Да, слушай внимательно: нужно немедленно задержать следующих женщин. Записывай фамилии и адреса.

– Погоди! – оторопел Поленов. – Зачем?

– Они напали на Меркальского и кастрировали его. Потом одна из них его убила. Я сейчас не могу долго объяснять, но этих женщин надо задержать немедленно. Понимаешь? Им грозит опасность.

– Так они преступницы или жертвы?

– И то, и то. Записывай адреса, Гриш, а то будет поздно.

Продиктовав все посерьезневшему Поленову, Самсонов стал звонить Нестеровой, Ляпиной, Кремниевой и Вересковой, чтобы предупредить об опасности.

Пока они с Коровиным добрались до парковки, он успел поговорить с Кремниевой и Ляпиной. Уже в машине он набрал остальных, но они, как назло, не отвечали. Меркальский не мог успеть добраться ни до одной из них, только если… его вообще не было на ипподроме! Эта мысль повергла Самсонова в настоящую панику.

Он завел мотор и попытался выехать с парковки, но раздался жуткий скрежет, и «Олдсмобиль» пошел как-то криво.

Выругавшись, Самсонов вылез из машины.

Заднее колесо было пробито. Очевидно, прежде чем уехать, Меркальский успел совершить диверсию. Коровин высунулся из своей машины.

– Валер, в чем дело?

– Колесо пробито! – Самсонов подбежал к Коровину и плюхнулся на сиденье рядом с ним. – На твоей поедем!

Ему пришло в голову, что теперь, по крайней мере, они точно знают, что Меркальский был на ипподроме и уехал только что, а значит, фора у него совсем небольшая.