Незабытые чувства

Интересно, кто ему доложил о моем возвращении? Я не планировал сегодня никаких серьезных разговоров. Тем более с этим человеком. Мои эмоции, может, и потухли, но кулаки все так же сильно чешутся, чтобы заехать Косте по лицу.

32 глава

Молчаливая дуэль между мной и Гончаровым длится недолго. Костя первым начинает разговор:

– Даже не поинтересуешься, зачем приехал? – спрашивает он, облокотившись о капот своего внедорожника, и нахально ухмыляется, сканируя меня прищуренным взглядом.

Эта улыбка на его лице заставляет меня сжать кулаки.

Втягиваю в себя воздух, пока в голове одна за другой проносятся картинки, как я со всего размаху заезжаю в челюсть Гончарова мощной подачей. Чтобы он не смог какое-то время улыбаться и ел из трубочки.

Но вместо этого направляюсь к зданию, представляя, как оторвусь сейчас на тренировке и вымещу злость на груше.

– Много времени не отниму, – летит мне в спину.

– У меня его для тебя нет. Ты зря приехал.

Чувствую, как мне физически некомфортно находиться рядом с Костей, потому что в любой момент могут слететь тормоза и тогда быть беде.

– Не зря. Садись в машину, Ян. Это и в твоих интересах.

Вздох дается с трудом. Сердце бьется в ребра, как сумасшедшее, от новой ухмылки Гончарова, которую я замечаю краем зрения."

"– В моих интересах сейчас морду тебе не разбить. Скоро ведь совет акционеров? Ничего если с разукрашенным ебальником туда заявишься?

– Попридержи кулаки. А то у меня встречных желаний тоже накопилось немало за эти годы. Не посмотрю, что ты сын Артура.

Отвечу.

Детские воспоминания – самые яркие. Сколько себя помню Костя был вхож в нашу семью, но сейчас бы я без раздумий вышвырнул его из нее и больше никогда не впускал.

– Неужели так сложно держать эмоции в узде, Ян? Ты порой ведешь себя как обиженный ребенок. Папа с мамой внимания мало уделяли?

Меня по новой накрывает адреналином от его слов и язвительных интонаций в голосе. Будто намеренно провоцирует.

Костя слишком хорошо меня знает. Но и я знаю его слабые места, только никогда раньше не позволял себе переходить черту в нашем общении и не задевал его чувств, не трогал тем смерти Кирилла и Марины.

Потому что не хотел причинять боль. Но ему, получается, можно это делать?

Разворачиваюсь и подхожу ближе.

– Ты сейчас сядешь в машину и уедешь. Ко мне и Алёне больше не приблизишься. Обсудим рабочие вопросы по компаниям, как закончу с боями. И желательно через твоего зама. После сегодняшней встречи будем считать, что наши пути разошлись.