Онлайн-библиотека книг
В ответ на удивленный взгляд Элизы пояснила, что мы с архиепископом молились…"
"Да, именно так, мы молились, ответила я и герцогу Раткрафту, потому что тот не замедлил поинтересоваться, где меня так долго черти носили.
— И черти тут ни при чем! — нахмурилась я. — Нашли о ком вспомнить в Храме Богов!..
Не стала ему рассказывать, что провела эти сорок минут в ожесточенной борьбе — потому что архиепископ серьезно преуспел в шахматной науке, — и с трудом, но все же вырвала у него победу.
На это перед моим уходом его высокопреосвященство заявил, что он со мной не прощается.
А то, что я живу на далеком острове, — это не та проблема, которая может стать помехой для наших следующих партий.
— На все воля Богов, дитя мое! — заявил архиепископ многозначительно, после чего протянул руку, чтобы меня благословить.
И я вернулась, размышляя, как наша с ним партия — вернее, очередной мой выигрыш — может отразиться на моем пребывании на отборе. Пойдет ли она мне во благо или же все-таки во вред? Раздосадовал ли архиепископа его проигрыш или, наоборот, раззадорил, и ему очень скоро захочется сыграть со мной еще одну партию?
Впрочем, слишком долго ждать ответа на эти вопросы мне не пришлось.
Уже через двадцать минут архиепископ снова появился в торжественном облачении, заявив, что готов объявить имена тех, кто угоден Богам.
Сам же его высокопреосвященство выступит посредником между Небесами и людьми и передаст нам Их слова.
Огласит выбор Богов.
Признаюсь, эти двадцать минут для меня тянулись порядком, и мы уже извелись от ожидания. По крайней мере, мы с Тэль, тогда как Элиза хранила молчание, время от времени бросая быстрые взгляды в сторону короля, с которым, несмотря на то, что мы находились в храме, вовсю кокетничала Бэсси Берналь.
Шейлы рядом с Брайном Стенвеем не было — она дожидалась снаружи собора, — зато я увидела возле короля и Сину, и Эстель, и Дору, и Лауру, всеми силами пытавшихся привлечь его внимание.
Но стоило архиепископу появиться, как тут же послали за принцессой Зарейна, и очень скоро мы выстроились перед алтарем в ставший уже привычным ряд.
