Неземная гроза

Теперь этот главный винодельческий район Австралии тоже стал одной из достопримечательностей для туристов, более обжитой и щедрой, чем пустынные территории Центральной Австралии. Долина Баросса с ее многочисленными виноградными хозяйствами и винодельнями предлагала все, что мог пожелать взыскательный и изощрённый вкус.

Безукоризненный образ Катрин Хардинг оживал в сознании Лейлы всякий раз, когда она думала о Джиме. Невеста Фарли, несомненно, по достоинству оценила все, что он мог предложить ей как будущий муж. Врожденное чувство справедливости заставило Лейлу признать, что это делало их в значительной степени соответствующими друг другу.

Безусловно, она не могла судить об их взаимоотношениях по тому немногому, что знала о каждом. За исключением разве того, как допрашивала ее Катрин. В этом было что-то настораживающее. Зачем ей нужно было знать какие-то подробности, если все так прекрасно и замечательно?.. Может быть, Катрин вовсе не так уж уверена в своей власти над Джимом Фарли, как она это пытается представить?

Хотя, конечно, Лейла должна была признать, что, если бы она заметила что-то подобное между Дейлом и другой женщиной, это очень расстроило бы ее.

У каждого свои способы решения проблем, напомнила себе Лейла. Было бы глупо придавать какое-то значение этому маленькому происшествию. Джим Фарли сделал свой выбор партнера по жизни, и ей не подобало критиковать его.

К тому же она надеялась, что обыденность повседневного общения лишит их отношения того драматизма, которым была полна та памятная встреча. Ее мучительный отблеск мешал им воспринимать друг друга как обычных людей. Но пройдет несколько дней, и прошлое отступит назад, от него останется лишь легкая боль, с которой можно вполне совладать. Даже если бы это пришлось сделать только ради блага Адели, они должны создать и поддерживать дружественную атмосферу.

Подготовив себя таким образом к новой ситуации, Лейла успокоилась и вновь начала разглядывать простирающиеся внизу земли.

Бесплодные внутренние территории наконец уступили место горному хребту Флиндерс, за которым следовали крупные овцеводческие фермы. Тысячи и тысячи овец, дающих лучшую в мире шерсть, усеяли собой огромные пастбища. Затем, ближе к побережью, пошли более населенные районы.