Неземная гроза

Всем телом ощущая неловкость оттого, что лишь тонкий халатик был накинут на ее ночную рубашку, Лейла попятилась назад в спальную комнату, которую она делила с Аделью.

— Прошу вас, останьтесь!

Настойчивый шепот заставил ее замереть.

— Чего вы хотите? — спросила она.

— Вы, вероятно, чувствуете себя такой одинокой, Лейла. Я не подозревал, что обстоятельства так изменились. И что я и моя семья вторгаемся в вашу жизнь в такое трудное для вас время и бередим раны.

Его сострадание задевало ее за живое. Но он ничем не мог помочь.

— Было бы лучше, если бы я не встретилась с вами снова, — сказала она без всякого выражения.

— Я причинил вам боль?

Его глаза пытливо всматривались в ее глаза, ища в них тайну души.

Лейла повернула голову, не желая показывать ему, как глубоко его воздействие на нее. Она глядела на длинные тени деревьев на лужайках внизу. Джим Фарли омрачил последний год ее супружеской жизни. Теперь он рядом с ней так близко, что слышно биение его сердца, но так же недоступен, как и раньше.

— У нас не было с Дейлом ребенка, — внезапно сказала она, отчаянно пытаясь воздвигнуть между собой и Джимом какую-то преграду. — У меня случился выкидыш на третьем месяце.

От него исходило опасное обольстительное тепло, сулящее утешение, и это тепло притягивало ее. Почему он здесь, с ней? Почему он не остался с Катрин, которую любит?

— Я так и не узнала, кто это был, мальчик или девочка, — продолжала она, упорствуя в своем стремлении держаться от него на расстоянии.

Его голос ласкал ей сердце.

— По-видимому, я виновата в том, что Адель так привязалась ко мне, — корила она себя. — Мне было так просто полюбить ее.

Глубокое волнение в его голосе стало ее погибелью. Стон отчаяния слетел с ее губ. Она обратила полный муки взор на Джима.

— Но разве, вы не видите? Я хуже Мириам. И вы не правы по отношению к вашей мачехе. Она не путает Адель с пропавшей дочерью. Она заботится о ней. Вот и все. А я… я должна уехать отсюда, Джим. Ничего хорошего не будет.

— Лейла, может быть, я во многом ошибаюсь, но… — Джим сделал глубокий вздох. Его взгляд прожигал ее насквозь. — Когда вы поглядели на меня в «лендровере», имел ли я право думать о том, о чем думал? Что, если бы я протянул свою руку к вам…

Его рука потянулась, и он медленно провел пальцами по ее щекам. Не успев понять, что делает, она опустила свое лицо ему в ладони, безотчетно ища в них тепла.

Глубокий стон вырвался из груди мужчины.