— У многоплодной беременности свои особенности, — начал объяснять врач, — дети часто рождаются раньше срока, да и сама беременность протекает у многих тяжело. Необходимо сократить нагрузки, постоянно быть под наблюдением…
Для меня точно не новость, что выносить двойню — непростое испытание, доктору нет нужны распаляться. Марина не раз делилась со мной историей своей тяжелой беременности и скоропалительных родов. Недоношенные малыши лежали в инкубаторе. И хоть сейчас с ними все в порядке, подобные испытания оставили у нее неизгладимое впечатление.
Я же до трясучки испугалась, слова не могла вымолвить и все смотрела и смотрела на черно-белый экран, пытаясь разглядеть в мутных пятнышках будущих детей.
Это так сложно — в один момент принять, что ты станешь мамой. Мамой собственного ребенка. А как же Данечка? Мой сладкий сыночек, который стал родным несмотря на то, что по крови не приходился мне таковым.
Попрощавшись с врачом, быстро пересекла коридор, стараясь перед подчиненными выглядеть собранной и деловой начальницей, хотя внутри все тряслось и вибрировало.
Отдышалась в прохладном уединении туалетной комнаты и ополоснула лицо холодной водой.
Ничего страшного не случилось, я просто оказалась неготовой к тому, что забеременею. Вернее сказать, залечу. Перебирала в памяти горячие воспоминания и понимала, что не могу точно сказать, когда произошло случайное зачатие. Мы с Глебом женаты пять лет, но он по-прежнему поражает меня своим буйным темпераментом и порой непредсказуемым поведением.
Устраивает сюрпризы, щедро одаривает вниманием и любовью.
Я каждый день благодарю судьбу за свое счастье. Работаем вместе, воспитываем ребенка, активно отдыхаем вместе со всей нашей многочисленной семьей. И за все это время если и говорили о детях, то только планируя их в далеком будущем.
Мне пока было сложно представить, как изменится наша жизнь, накатывали страхи: смогу ли выносить детей, будут ли они здоровыми, получится ли у меня уделять прежнее внимание Данечке и не почувствует ли он себя лишним?
Я как могла противилась тому, чтобы стать ему настоящей мамой.
Еще долгое время жила с опаской, что вернется Марго и отберет его у нас, боялась привыкать, полюбить его, а потом потерять.
Но что делать, если малыш из всех выделяет тебя одну? Ни бабушки, ни тетя, ни папа, ни моя занятость на работе не смогли встать между нами. Он назвал меня мамой, как только залепетал на своем тарабарском.
