Нежеланная, или Дар Небес (СИ)

Мужчина смаковал, сминал губы, пил дыхание и, как только приоткрыла рот, тут же углубил ласку. Коленки задрожали, смяла строгий костюм на боках, пытаясь устоять на ногах, и сама потянулась на носочках, наслаждаясь этим властным мужчиной и его твёрдыми губами. В какой-то момент поцелуй изменился: стал более жёстким, страстным. Правитель почти впечатал меня в себя, его пальцы запутались в волосах и тянули. Я ощущала жар его тела сквозь тонкую рубашку и внушительный бугор бедром. Ощущала, как отзывается моё собственное тело на него.

Всё нутро сжималось и стремилось теснее соединиться. Меня это немного испугало и отрезвило. Дёрнулась, прерывая поцелуй.

– Невероятная, – облизнув губы, выдохнул он, коснувшись щеки, и, разжав пальцы, отступил.

Правитель первый вышел из кабинета. Мне же нужна была минутка, чтобы отдышаться и привести мысли в порядок. Нет, ну если он всегда будет так целовать, я быстро сдамся и соглашусь стать его женой. Нужно как-то дистанцироваться. В следующий раз не позволю себя целовать.

Обещаю!

– Всё нормально? – ко мне заглянул Бартольд, так как минутка превратилась в десять минуток. Я собиралась с силами и сама себя уговаривала, что ничего постыдного не произошло.

– Лучше поторопиться. До заката нужно добраться до другого города, – кивнул Барт и, переплетя наши пальцы в замок, вывел из кабинета. Всё-таки он слишком чуткий мужчина.

На крыльце мы ещё раз со всеми простились. Я обняла Мирабеллу, попросила сильно не громить мой только отремонтированный дом, выслушала напутствия и юркнула в фаэтон.

Муж занял скамью рядом, а Орэт запрыгнул на место кучера. Мужчины решили, что лучше меняться между собой, чем нанимать кого-то незнакомого. Помахала друзьям, немного зависнув на правителе. Алард стоял, заложив руки за спину, и смотрел с неким обещанием. А со спины выплывала Тьма и разрасталась вширь и высоту, приобретая форму некоего великана. Рома устремился ввысь и схлопнулся в небе. Экипаж дёрнулся, и мы покатились по мостовой. Вернула взгляд на правителя и увидела лукавую полуулыбку. Он подмигнул, прежде чем пропал из виду, смутив меня окончательно.

До самого вечера пейзаж не особо менялся. С двух сторон от тракта были либо поля, либо малонаселённые пункты. Муж с Орэтом перебрасывались словами, обсуждая дела в имении или какие-то свои мужские вопросы. Я же, устав от одинаковой картинки, писала очередную главу. И один вредный товарищ где-то за правым ухом комментировал мою писанину, вставляя едкие ремарки и сбивая с мысли.