— Костя легким наклоном головы приветствует моего мужа, получив в ответ зеркальный кивок.
— Ты зачем приехал? — перехожу сразу к делу, не желая разводить церемонии.
Лебедев на секунду теряется.
— Твой телефон недоступен.
Достаю из сумки телефон, который я действительно забыла включить.
— Спасибо, что приехал сообщить мне об этом. Это все?
— Нет. Полина, Ольга Васильевна сказала, что дети в классе ничего не говорят о том, как упала Дарина.
— Да это так. Ты что-то знаешь?
— Ева поставила подножку.
Специально. — Ошарашивает меня ответ.
Смотрю на Лебедева, пытаясь понять, насколько это правда. Ведь Ева с Дариной лучшие подруги.
— Тебе Филипп сказал? — допытываюсь я.
— Нет. Сын молчит.
— Еще один партизан, — тихо произносит Сережа, но я его слышу. Кидаю на мужа беглый взгляд и снова смотрю на Костю.
— Почему ты так решил?
— Я слышал разговор Филиппа и Дарины, — отвечает Лебедев.
— Подслушивал? — спрашиваю с издевкой, желая задеть, но Костя утвердительно кивает, совершенно сбивая меня с толку, и я выпускаю из виду, что нужно спросить, где он это мог услышать.
— Да. Но сын ни за что не хочет признаваться.
— И наша тоже, — бубнит Сергей. — Выгораживает свою подругу…
— Полина, вы же можете провести индивидуальную беседу с девочкой? — задает вопрос Лебедев.
— Понимаешь… Если все молчат, и вдруг Еву вызовут для разговора, дети решат…
— …что кто-то наябедничал.
И первая, на кого покажут пальцем, будет Дарина, — заканчивает за меня муж.
— Но ведь это неправильно! Виноватый должен быть наказан! — возмущается Костя, переводя взгляд с меня на Сергея и обратно. — А если она опять что-нибудь сделает?
— Не думаю, что это было специально… — предполагаю я, так как до сих пор не могу найти мотивов Евы.
— Филипп сказал, что как раз специально, — настаивает бывший муж.
— Спасибо. Я возьму девочку под наблюдение, — благодарю Лебедева.
"
"Несколько долгих секунд Костя не мигая смотрит мне в лицо и сразу же уходит. Не знаю, что он хотел от меня услышать. Я не могу просто так прийти в класс, или вызвать девочку в свой кабинет, и заявить: «Ева, ты зачем толкнула мою дочь?!» Тем более, когда нет никаких доказательств. Ее родители тут же обвинят нас в педагогической некомпетентности и психологическом запугивании ребенка. Но и оставить без внимания тоже не могу.
