Шерсть Дестина потемнела и блестела от крови, его красивую рельефную грудь рассекали рваные открытые раны.
Беспощадные твари нападали одновременно. Они просто не давали Дестину возможности отбиться.
… сердце разрывалось на куски.
– Пожалуйста… – заскулила, всхлипывая, уже не в силах сдерживать жгучие слёзы. – Пожалуйста… помогите, хоть кто-нибудь…
Я не желала на это смотреть, но, если сунусь, Дестин отвлечётся, пострадает из-за меня. Отчаянно зажмурилась, моля Богов о помощи, и пропустила момент, когда мне зашли за спину.
В одно мгновение я была оторвана от земли. Старший удерживал меня за шкирку одной рукой, снова став человеком.
– Довольно! – хрипло выкрикнул он.
Только сейчас увидела, что Дестин вцепился женщине, вероятно своей сестре, в горло.
– Или ты идёшь с нами, или я сверну ей шею.
Угроза подействовала. Дес выплюнул гадость и брезгливо вытер рот, становясь человеком.
… женщина упала на землю, держась за шею, из которой хлестала кровь. Её брат опустился рядом.
– Отпусти её… – потребовал, прерывисто дыша.
Господи… он же весь в крови. Даже не разберёшь где чья…
– Как только дашь клятву, – возразил старший. – Ты должен положить конец вражде с бестиями. Понесёшь наказание за смерть Фериды, только так они готовы заключить перемирие и объединить наши кланы. Тогда я займу место главы.
Дестин криво усмехнулся, почему-то глядя мне в глаза.
– Фериду убил не я.
– А кто? – рыкнул старший, вытирая с рассечённой щеки кровь.
– Наша любимая матушка, – улыбка Дестина стала пугающе зловещей.
– Она хотела, чтобы я навсегда остался с ней, а вы хотели отдать меня на растерзание бестиям, не поверив ни единому моему слову. Не раздумывая, предали. И сейчас… тебя волнует лишь место главы клана. Брат…
– Что? Мать Ночи? Ты знал? – удивился младший, бросив подозрительный взгляд на старшего, но тот лишь отмахнулся.
– Мне стоит лишь немного сжать пальцы… – тонко намекнул он, сместив руку на мою шею. – Или ты идёшь с нами, или…
Дестин дёрнулся, а я отчётливо читала в его глазах страх.
– Не соглашайся! – выкрикнула дёрнувшись, но меня притянули обратно, перекрывая кислород, сдавив горло.
Голова стремительно закружилась, а сознание уплывало. Я хрипела и брыкалась, пыталась ногтями разодрать удерживающую меня руку, но всё бессмысленно. Почти провалилась в темноту, как вдруг раздался свистящий звук, за которым последовал душераздирающий крик над моим ухом.
Старший разжал руку, а я рухнула вниз и закашлялась, с удивлением замечая… императора.
