Он не поленился проверить за пределами кладбища, каждый куст и камень, пока не нашёл тонкий волос, зацепившейся за ветку. Человеческий чёрный волос пах ладаном и тонким ароматом разложения…
В поместье вернулся глубокой ночью и первым делом отправился в сад. Прижался ладонями к стеклу, ощущая, как в крови разливается тепло, даруя умиротворение.
Девчонка установила лампы, которые просила, поменяла грунт… Если сад в скором времени оживёт, это будет настоящим чудом…
Особняк встретил чистотой и свежестью.
Дес неприязненно поморщился и пошёл на мерзкий запах человеческой еды.
В жаровне стоял горшок с белым месивом. Скривившись, выключил и захлопнул металлическую дверцу печи.
… девчонка спала, сидя за столом. Положила голову на руки и даже не шелохнулась от громкого звука. Её лицо казалось бледнее обычного. На руках виднелись свежие порезы и царапины.
Дес развернулся и направился к лестнице, с каждой секундой всё больше ощущая, как его раздражают перемены и чужое присутствие в его логове. Раздражает тепло и запахи…
Почти дошёл до дверей своей комнаты, как вдруг замер, задумавшись.
«Человек слаб, легко может заболеть…» – развернулся и, растворившись во тьме, оказался перед девчонкой. Снял свой камзол, накинул его ей на плечи и развёл в гостиной камин, чтобы тепло от него шло в кухню. И только оказавший в тёмной комнате, исписанной мёртвыми символами, за высокими резными дверями, смог выдохнуть.
Непроницаемая темнота успокаивала, помогала заснуть. Дес лёг на пол, прижавшись спиной к стене и подтянул к себе колени.
Символы не позволяли тьме вырваться, пока он спит. Не позволяли ей завладеть разумом…
***
Проснулась на этот раз не от лютого холода, а оттого, что всё тело затекло. Особенно шея и руки. Я просто не чувствовала их, а когда мышцы одновременно пронзили тысячи игл, чуть не застонала.
Как я могла заснуть?
– Моя каша! – испуганно соскочила со стула, позабыв о том, что руки онемели и бросилась к печи жаровни. Она была холодной. Каша не пригорела.
Облегчённо выдохнула и вдруг замерла.
А кто тогда её выключил, если я уснула?
Покосилась на лестницу, ведущую на второй этаж и сглотнула. «Пёс» уже вернулся?
Повернулась, чтобы поставить чайник и заметила на плечах песчаного цвета камзол. Не мой… и в доме подозрительно тепло. Словно кто-то разжёг в гостиной камин…
На лестнице раздались шаги.
«Пёс» выглядел, как и всегда. Бесстрастный, равнодушный, опасный. По нему никогда не скажешь, устал он или нет, о чём думает.
