– Он роется в ящике стола, извлекает оттуда папку и толкает по столешнице в мою сторону. – Прочти на досуге.
– Что это? – вскидываю бровь, небрежно глядя на папку.
– Брачный договор. – Лев Иванович слабо усмехается. – Ты же не думал, что я не захочу обезопасить свою дочь.
Беру папку и напряженно сжимаю в руках. Удавка на шее как будто бы затягивается сильнее. К такому меня не готовили, хотя все очевидно. Мог бы и сам догадаться. Мельком пролистываю несколько страниц и захлопываю папку.
– Дома ознакомлюсь.
Сколько у меня времени, чтобы внести коррективы?
– Я хочу, чтобы ты понимал… – немного задумчиво тянет он и чешет подбородок двумя пальцами. – Мне для себя ничего не надо. Я сам заработаю, а девочка должна быть защищена со всех сторон и при любых раскладах. Не хочу, чтобы в случае развода с тобой она осталась ни с чем.
– Развода не будет, – цежу сквозь зубы, начиная раздражаться от этого разговора. Если уж я и женюсь, то только на всю жизнь. Никаких разводов и расставаний. Елена обязана принять этот факт как данность.
– Ну не горячись… жизнь длинная… Просто постарайся меня понять и поступить правильно.
– Я вас услышал, – поднимаюсь на ноги. – Теперь я могу увидеть Елену?
– Через десять минут подадут ужин. Давай спустимся. Вся семья уже, наверное, собралась там.
– Хорошо, – оставляю папку на столе. – Перед отъездом заберу.
– Добро.
Мы спускаемся и проходим в гостиную. Как и предполагал Лев Иванович, вся семья уже собралась к ужину. Почти вся. Маргарита и Наталья о чем-то негромко разговаривают.
Невольно усмехаюсь – «дружный» женский коллектив. Руслан решает какие-то вопросы по телефону. А вот Елены нигде не видно.
– Риточка, здравствуй. Рад тебя видеть. – Холодов-старший сгребает невестку в охапку и целует в щеку.
– Взаимно. Все хорошо, – заливисто смеется Маргарита. – Влад, привет.
Киваю в ответ, сдержанно улыбаясь.
Заметив меня, все оживляются. Руслан тянет ладонь для рукопожатия сначала отцу, потом мне, одними губами проговаривает «это срочно» и уходит в другой конец комнаты.
Маргарита добродушно улыбается, а Наталья недовольно поджимает губы. Не женщина, а бесчувственный сфинкс какой-то. Хотя я знаю причину такого отношения ко мне. В прошлом у нас с ней есть одна неприятная история. Открытый гельштат, который придется все же закрыть. Ладно, разберусь с этим на досуге, сейчас нужно сосредоточиться на Елене, которой до сих пор нет.
Хмурюсь и вновь скольжу взглядом по комнате.
