Я даже представляю, как он нагло смотрит на отца, не собираясь брать на себя ни грамма вины. – Я ей не нянька!
– Я тебе покажу не няньку! Заблокирую карты, лишу машины, шмоток, налички! Щенок! Это было мое поручение, Тимофей! Я серьезно дал тебе поручение. И не для того, чтобы ты плевал на него с высокой колокольни! – гремит и гремит громкий голос, от которого, кажется, сотрясаются стены и окна.
Никогда не видела Павла Петровича таким разъяренным. Да он просто в бешенстве! Дело точно не только во мне, это что-то между ними.
Отцы и дети и их вечное противостояние. Сын его ослушался, наплевал на поручение, и отец хочет его наказать.
Ловлю перепуганный взгляд сестры.
– Эляна, что будет? – шепчу одними губами."
"– Пусть выпустит пар на сыночке, – бросает она фразу. – Ну наделала ты делов, Варя!
– Я… – тушуюсь, опуская взгляд и начиная ковыряться пальцем в пледе. Мне невыносимо стыдно из-за того, что разразился такой скандал.
Ужасает перспектива оказаться в центре внимания, под прицелом осуждающих глаз человека, который позволил жить в своем доме.
А я подвела… Еще и забралась в постель к его сыну. Ведь так подумают? Что я сделала это специально, из меркантильных интересов. Никто не подумает иначе. Надо держаться версии, что я не видела отца своего ребенка, напилась на вечеринке… Ужасно, но гораздо хуже видеть, как Тимофей кривится от отвращения.
«Я? С ней?» – так и вижу, как он морщит свой красивый, идеальный формы нос, будто вляпался в кусок дерьма. Да я с ума сойду, если кто-то из домашних узнает правду.
– Скажешь, что пока не можешь выдать отца ребенка, поняла? – наклоняется ко мне сестра, держит за руку цепкой хваткой. – Поняла, Варя? Не говори эту фигню про темную комнату на вечеринке. Делай, что сказала, ясно?!
Ответить не успеваю, в комнату вваливается Павел Петрович в деловом костюме. Он явно собирался на работу, когда его настигла новость о моей беременности.
Позади маячит белая футболка Тима. К счастью, он сегодня одет, не сверкает голым торсом, а то бы плакала моя выдержка.
Так я хотя бы могу представить, что его нет, и сосредоточить взгляд на бледном лице с сурово поджатыми губами.
– Девочка, это правда? Скажи, ты действительно беременна?
Мне остается лишь кивнуть. Этот вопрос, по сути, не нужен. Просто констатация факта.
– Ладно, – сжимает он кулаки. Кажется, немного успокоился. Предгрозовая атмосфера в воздухе немного рассеивается, брезжит свет. – Будем разбираться.
