Нежная стерва, или Исход великой любви

Как твои глаза не лопнули за это время, что ты смотришь на Егора и знаешь, как пытался кинуть его? Не меня – его!

– Шла бы ты отсюда, Наковальня! – вспылил Самсон, но спокойный голос Егора заставил его поубавить прыти:

– Ты говоришь с моей женой, Самсон!

– Извини, Малыш, я не могу спокойно говорить с бабой, у которой нет ничего святого! Она замахнулась на наших детей…

– Что – на детей? – поинтересовалась Марина, садясь на подлокотник кресла, в котором развалился Егор. – Я что, обижала их, или мои люди сделали что-то не то? Были жалобы?

– Нет, что вы, – зачастил Щепкин, радуясь возможности сменить опасную тему.

– Заткнись, дурак! – оборвал его Самсон. – Речь не о том! Она посмела шантажировать нас детьми, вот что!

– Есть люди, которых только так можно вернуть с небес на землю. Согласись ты сразу – и не произошло бы ничего. Я ведь предупреждала. Ты не хотел понять меня, и тогда я просто уравняла шансы.

Егор обнял жену за талию, внимательно глядя на своих компаньонов, а потом тихо, но внятно и жестко сказал:

– Все – вон.

Они не стали спорить, ретировавшись в считаные секунды, потому что знали, что Малыш в гневе – это на самом деле значительно хуже, чем Коваль.

– Не переживай, – сказала Марина на ухо мужу, потрепав его по волосам, – без них справишься.

– Я понял сейчас одну вещь, детка. Никогда не доверяй тому, кто тебе чем-то обязан, он не простит твоих добрых дел, – жестко произнес Егор. – Ты отдала свои казино за меня, а они не пожелали рискнуть тем, что принадлежит мне самому.

– Дорогой, это разные вещи. Я ради тебя могу отдать все, потому что нет у меня ничего дороже.

Егор задумчиво гладил ее ногу под халатом, и ей стало так хорошо оттого, что он снова дома, с ней, что ее потянуло на откровенные разговоры. Марина потянула его в спальню и, когда они легли в постель, сказала:

– Егор, мне нужно тебе кое в чем признаться, иначе я буду мучиться.

Он посмотрел на жену и улыбнулся, положив руку ей на живот:

– Что, детка, здесь кто-то побывал без меня?

Коваль виновато опустила глаза и кивнула.

– Дай угадаю! – весело продолжал муж. – Опять этот жгучий мачо с сексуальной походкой? А, прячешь глазки? Значит, он!

– Что – Егор? Ну, было и было. Неужели ты думаешь, что меня беспокоит тот факт, что моя любвеобильная девочка немножко сняла стресс и утолила голод с каким-то жеребцом? Это же смешно, малыш. Все равно, как если бы ты начала ревновать меня к проституткам.