Нежная мятежница

— Не думаю, что Энтони так уж сильно не понравится, Франсес, а если и так, то он об этом не скажет. Ему понравится. — Она пожала плечами. — Хотя, все, конечно, может быть. Но я готова при первом же проявлении недовольства немедленно избавиться от всего этого и купить что-нибудь другое.

Подруга нахмурилась:

— Мне кажется, ты слишком привыкла тратить деньги, не думая о цене. Не следует, однако, забывать, что твой муж не так богат, как ты сама.

— Ну уж об этом-то как раз я и не забываю.

Услышав столь откровенный намек, Франсес вздохнула:

— Понятно.

Надеюсь, ты понимаешь, что делаешь. Но имей в виду: мужчины ведут себя порой весьма забавно, когда сталкиваются с денежными проблемами. Один может проиграть за вечер двадцать тысяч и наутро забыть об этом. А другой пускает себе пулю в лоб и при куда меньшем проигрыше.

— Не беспокойся, Франсес, есть кому позаботиться, чтобы Энтони окончательно не разорился. А сейчас не будешь возражать, если я еще немного налью тебе?

Франсес снова взглянула на свой все еще наполовину наполненный бокал и на опустевший бокал подруги.

Она покачала головой, хотя относилось это явно не к предложению.

— Что ж, поступай как знаешь, и будем надеяться, все закончится благополучно. Но согласись, Рос, ты не можешь сказать, что тебе безразлична его реакция. Он был очень… как бы лучше выразиться, недоволен, когда ты предъявила ему тот довод, о котором так и не хочешь говорить?

— Это был не довод, — натянуто ответила Рослин. — А не доволен он с первого дня нашей свадьбы.

— Однако ты сама не отличалась очарованием, когда я видела вас последний раз вместе. Создается впечатление, дорогая, что его настроение может быть прямым следствием твоего собственного отношения к нему.

Рослин предпочла не комментировать это резонное замечание.

— Скорее всего к обеду ни Энтони, ни его брат не успеют, — стараясь казаться веселой, сказала она. — Но это и к лучшему. Нам есть о чем поговорить, ведь верно?

— Конечно, милая, — улыбнулась Франсес.

Рослин тоже улыбнулась. Что ни говори, а общение с подругой действует на нее благотворно, хотя та и дает советы, которые не хочется даже выслушивать.

— Пойдем, — сказала она, вставая и решительно отодвигая бокал в сторону, — лучший херес может испортить впечатление от изысканных блюд, которые повар обещал для нас приготовить. А Добсон уже, наверное, ворчит в столовой, ожидая, когда же сможет наконец проявить свое искусство сервировки.