Нежная мятежница

И за та выстрел он лишь слегка поколотить меня. Все остальное — за тебя. И честно тебе скажу, я не мог даже поднимать себя с пол с самого его ухода и до этого утра. — Джорди почти плакал. — Но ты же и сама видеть, что я собирался уезжать. Подтверди это, если будет надо, твоему чертову спартанцу.

Спартанцу? Да, пожалуй, у Энтони действительно дух спартанца.

— Я вообще ничего не скажу Энтони, если ты и в самом деле уезжаешь, — пообещала она.

— Ты само добросердечие, девонька.

Не надо было быть чрезвычайно внимательной, чтобы уловить сарказм, звучавший в этой фразе.

Начавшее было успокаиваться раздражение Рослин вновь усилилось.

— Если ты ожидаешь, что твои страдания разжалобят меня, Джорди, ты ошибаешься, — произнесла она сухо. — После того что ты сделал мне, жалеть тебя я не могу. Ты же всегда пытался причинить мне боль!

— Я любил тебя, Рос!

Неожиданное признание поразило, будто удар молнии. У Рослин перехватило дыхание. Неужели это возможно? Он говорил эти слова в течение последних лет много раз.

Но сейчас они звучали совсем по-другому. Что-то заставляет верить, что он не обманывает ее. А может, он сам себя вводит в заблуждение? Сам себе доказывает, что он пошел на все из-за любви?

Тихо, боясь ответа, который мог последовать, она спросила:

— Если это так, то расскажи наконец, что случилось с моей мамой. Ты проделал отверстие в ее лодке, Джорди?

Он уронил голову на подушку. Плечи его задергались.

— Почему ты не спросить это, когда все произошло? Почему ни ты, ни старик не поинтересоваться, что я знайт? Так вот, я ничего не делайт с ее лодкой.

Я хотеть подшутить над поваром и пошел к озеру, чтобы набрать червей и бросить в его стряпню. Вот почему я оказался тогда так близко от места, где привязывать лодки.

— Но выражение твоего лица, когда рассказывали о случившемся? Все видели, как ты испугался.

— А я и действительно испугаться. Да. Но потому, что пожелал ей смерти за то, что она в тот день надирать мне уши. Я не хотеть этого ей. Но мои слова быстро сбыться, и это было страшно.

И я сразу почему-то подумать, что меня обвинят."

"Рослин почувствовала дурноту. Боже, все эти годы они обвиняли Джорди в том, к чему он совершенно не был причастен! И он знал, что они о нем думают, но никогда не пытался оправдаться, скрывая свою обиду в себе. Конечно, это отнюдь не означает, что он хороший, порядочный человек. На совести кузена было множество других темных пятен. Но он не преступник. Это очевидно.

— Я сожалею, Джорди, в самом деле.