Нежная мятежница

— Так ты хочешь, чтобы я, запечатав все окна, задохнулась в собственной комнате? Почему ты не хочешь понять простое слово «нет»? Неужели я не достаточно ясно его произношу?

— Ты ответила ясно, но неправильно, моя любовь. И пока ответ не будет правильным, я не отстану. Ты и сама это знаешь, не так ли? Я ведь еще обязан заботиться и о своей репутации.

На этот раз Рослин рассмеялась. Напряженность, которую она испытывала все это время, стала таять. О Боже, он неисправим! Какое блестящее отсутствие моральных принципов.

И какой соблазнитель! Она и не думала никогда, что мужчина может быть столь настойчив в своих домогательствах. Даже видя, что она уже освободилась от влияния его обольстительных чар, прекрасно понимая, что не подходит ей, он все равно не может отвязаться от нее. Но независимо от того, серьезны или нет его дерзкие заявления, выпутаться из этой ситуации она сможет только в том случае, если сама не даст ему повода обратить их в реальность.

Взяв себя в руки, Рослин холодно посмотрела на Энтони.

— Ваша репутация полностью соответствует тому, что я о ней думала с самого начала, сэр Энтони.

— В таком случае я просто обязан попробовать изгнать эти думы из твоей головки… еще раз.

— Нет! — вскрикнула девушка, видя, как он бросается к ней, и решив, что он намеревается опять поцеловать ее.

Но он сделал не то. Сама не понимая, как это случилось, Рослин в одно мгновение оказалась сидящей на перилах, с трудом сохраняя равновесие. Преследователь уже опустил руки и стоял перед ней, ухмыляясь.

До земли, оказавшейся за ее спиной, было не менее девяти футов, до пола ноги не доставали. Стоит немного покачнуться, и единственным, за что она сможет ухватиться, чтобы не полететь вниз, окажется сам Энтони. Шутка явно превысила границы дозволенного. Помрачнев, Рослин попыталась спрыгнуть на пол. Но не тут-то было. Он подошел к ней вплотную и, к ее ужасу, задрал подол юбки до самых бедер. Самое ужасное, Энтони раздвинул ее колени и протискивался меж них, подталкивая ее к пропасти. Ноги Рослин инстинктивно обхватили его бедра.

— Скорее обхвати меня руками, иначе упадешь, — пробился сквозь охвативший ее панический страх уверенный голос.

Верхняя часть тела Рослин к этому моменту запрокинулась назад, свисая с перил. Это не могло продолжаться долго. Она и сейчас не падала только потому, что цеплялась ногами за него же. Выхода не было. Пришлось подчиниться.

— Так, так. Уже лучше, моя сладкая.