– Ее голос хриплый и такой далекий.
Я толкаю дверь, вхожу и закрываю ее за собой. Я не поворачиваюсь к ней, так что мне не приходится видеть выражение ее лица.
– Поговорим? – спрашиваю я, уставившись на дверь. С каких пор я стал использовать вопросительный знак? С тех пор, как я потерял всякое право говорить ей, что делать.
Скажи да.
Скажи да.
Скажи да.
Но она ничего не говорит.
Я жду. И жду. И жду. Я заслужил это. Все. Мой телефон пищит, и я достаю его из кармана.
Поговорим."
"Легкая улыбка коснулась моих губ.
Мы все еще мы, и так будет комфортнее. Когда ты не говоришь с кем-то, кого ты видишь каждый день, то начинаешь задаваться вопросом – не перестали ли они замечать ваше существование? Но Дарья помнит. Колесо обозрения, балетную студию, лес. Домик Воуна у бассейна и раздевалку в школе.
Я, не поворачиваясь, пишу ей ответ.
Мне жаль.
Она отвечает.
Мне тоже.
Я пишу ответ.
У Гаса твой дневник. Он попросил меня проиграть игру, если я не хочу, чтобы он распечатал его.
Она печатает.
Гас трус.
Удачи этому идиоту в попытках настроить принтер.
Я хихикаю и качаю головой. Дарья и Сильвиа показывают себя с той стороны, которую я никогда не видел ранее. Одна жертвует собой ради меня, а другая жертвует мной ради себя.
Можно мне повернуться?
Не знаю, хорошая ли это идея.
Дыши, дыши, ублюдок.
Мне нужно видеть твое лицо, когда я напишу следующее сообщение.
Две минуты спустя она отвечает:
Хорошо.
Я поворачиваюсь и тону в ней. Она сидит на кровати в огромной пижаме. Ее волосы собраны в мою любимую прическу и спадают через правое плечо.
Мое сердце колеблется, как будто пьяница бежит по городу из борделя в объятия принцессы Диснея. Я глуп, потому что отпустил ее, но может, я умный, потому что осознал свою ошибку.
Надеюсь, что не слишком поздно.
Я смотрю вниз, пальцы летают по экрану:
Посмотри на меня.
Я наблюдаю, как она читает сообщение. Она морщит лицо, но не поднимает взгляд.
Я делаю очередную попытку:
Я проиграю игру и верну твой дневник. Мне жаль, что у меня заняло столько времени достать голову из задницы.
Было слишком темно. Сложно было отличить хорошее от плохого. Я так долго защищал сестру, что даже не задумался о том, а стоит ли она того.
Она все еще не смотрит на меня. Слеза скатывается по щеке. Я делаю глубокий вдох. Я не знаю многого о девчонках. Еще меньше я знаю о тех, кто мне нравится. И очевидно, ничего не знаю о той, которую люблю.
Люблю. Пять букв не могут выразить глубину моих чувств к Дарье Фоллоуил.
