Нежное создание 2 (СИ)

Стала лояльнее, охотно шла на уступки, прислушивалась к мнению и словам дочери, не давила на неё, не угрожала.

Девушка ей не поверила. Госпожа Маргрит поменяла тактику? Что она задумала? Чтобы понять, нужно играть по её правилам.

В голове предостерегающим хрустальным звоном зазвучал колокольчик: «Ника, внимание! Человек не может измениться до такой степени за пять дней. Не может… Не может…»

Десять дней спустя, поздний вечер

Ника сидела в зале у стола в VIP-зоне.

В керамических подсвечниках-чашах ярко горели свечи.

На столешнице стояли пустая коричневая бутыль из-под красного вина, бокалы зелёного стекла, новые чайные чашки с недопитым остывшим чаем, прямоугольные плоские тарелки с бутербродами, менажница с засахаренными орехами и сухофруктами, смятые салфетки.

Сегодня Ника толком не поела, да и не хотелось. Минутные перекусы утоляли голод, а состояние лихорадочного возбуждения и усиленной концентрации истощили ресурсы нервной системы.

К моменту закрытия кофейни девушка чувствовала себя выжатым лимоном. Она устала. Устала безбожно, чудовищно, чертовски. Гудели натруженные ноги; болели спина и руки; грудь сдавливал корсет, надетый по настоянию госпожи Маргрит; веки слипались. В висках долбилась одна мысль: «Спать, спать, спать…», но встать и уйти не было силы.

Вот и прошёл первый день работы кофейни — невероятно долгий и трудный.

Открытие состоялось.

Ника не совсем довольна, как всё прошло, но в целом начало работы заведения можно считать успешным.

Девушка поправила две диванные накладки под спиной, вытянула ноги и закрыла глаза. Слушала, что происходит вокруг.

Подавальщица мыла пол. Учащённо сопела, старательно исполняя свои обязанности. Мокрая тряпка снова и снова с характерным шлепком опускалась на мозаичные плитки пола, мягко елозила по ним, действуя на Нику усыпляюще.

Девушка прислушалась к рекомендации Хенни нанять подавальщицу — молодую женщину Софию, полгода назад вышедшую замуж, расторопную и аккуратную.

Не возразила Ника и тогда, когда Хенни привела себе в помощь немолодую молчаливую и покладистую Тёклу — вдову с тремя детьми, которая до этого работала прачкой. Её старшая девочка десяти лет оставалась дома и присматривала за младшими братом и сестрой пяти и трёх лет.