Нежное создание 2 (СИ)

Услышав его тихий ответный стон, ослабила натиск.

Ван дер Меер привлёк компаньонку к себе, ответил на поцелуй: его мягкие неуверенные губы раскрылись.

Нечаянный. Тревожный. Приятный. Чарующий.

Первые объятия любимого. Руки на талии… бёдрах.

Ника задохнулась от охватившего её счастья. Мужчина её мечты целует её! Он целовал её не как сестру, и не так, как целуют в знак благодарности. Ослабели колени; сердце от восторга то замирало, то пускалось в пляс; не хватало воздуха. Душа рвалась ввысь. К неизведанному, новому, хорошему.

Ника тысячу раз представляла, каким он станет — её первый поцелуй. Не знала, что можно быть настолько счастливой. Голову кружил смолисто-дымный аромат одежды Кэптена. Сладкая горечь его губ — мягких и податливых — вызывала желание, манила.

Нежный и ласковый, он отдавался в груди теплом. Обжигал. Возбуждал. Обещал.

Всё решает послевкусие. Всегда. Во всём. Многое зависит от того, что ты почувствуешь после. После первого обмена взглядами, после ни к чему не обязывающего общения, после первой взаимной улыбки, после первого поцелуя, после первой нечаянной ссоры.

Адриан осторожно оборвал поцелуй. Бережно обхватив ладонями лицо Ники, посмотрел в её глаза.

— Руз, с тех пор, как я вернулся…

От низкого, шипящего голоса госпожи Маргрит Ника вздрогнула и отшатнулась от мужчины. Во все глаза смотрела на приближавшуюся к ним женщину с показным спокойствием на лице. Её истинное состояние выдавали глаза кажущиеся в лунном свете чёрными, бездонными.

— Я знала, что так случится, — повторила она. — Не ожидала от тебя подобного, — обратила укоризненный взор к Ван дер Мееру. — Как ты посмел? Ты связан нерасторжимым брачным союзом… Ты… — женщина захлебнулась словами.

Кэптен опустил глаза:

— Простите, госпожа Маргрит. Мне очень нравится Руз. Если бы не моё положение…

— Вспомнил о своём положении? Уходи, — женщина рывком распахнула калитку. — С тобой я поговорю завтра. Разочаровал ты меня, Адриан.

Прижав ладонь к губам, застигнутая врасплох, Ника подавлено молчала.

Когда за Кэптеном захлопнулась створка, и заскрипел задвинутый засов, госпожа Маргрит резко повернулась к дочери.

— Не сбежала, негодница? Ждёшь? Шагай в дом, — мотнула головой в сторону крыльца.

Получив толчок в спину, Ника содрогнулась. На губах застыл возглас возмущения. Во взгляде женщины — непроницаемом, бескомпромиссном, карающем — она прочитала приговор себе.