Нежное создание 2 (СИ)

— Поставлю стражников у кофейни, закроем окна, — произнёс Ван дер Меер.

«Неужели поверил?» — присматривалась к нему девушка:

— А толку? Стрелок найдёт возможность убить меня если не из ружья, то как-то иначе. Его надо брать сегодня. Устройте засаду.

Кэптен молча хмурился и смотрел на Нику.

«Не верит», — опустила она глаза:

— Возможно, мои страхи надуманные и ничего не случится, но… — хотела сказать, что ей страшно, но не сказала. — На столе в мастерской я оставила четыре письма. Когда… в общем, не забудь о них.

Адриан подался к ней, и Нике показалось, что он собирается её обнять. Она отшатнулась и качнула головой. Его жалось ей не нужна.

Ван дер Меер будто споткнулся, отступил.

— Руз, на кого ты думаешь? — спросил мрачно.

— Де Ваал или Готскенс. Кузен Питер последний в списке. Сам трусоват для подобных дел, а нанимать убийцу рискованно. Можно нарваться на шантажиста, как в случае со мной.

Мужчина не ответил. Открыл дверь, пропуская Нику.

«Нет, не поверил», — вздохнула она.

— Забудь, — отмахнулась наигранно беспечно и перехватила ростер удобнее. — Мне просто приснился плохой сон. Скажи всем, что я сейчас приду. Зайду на кухню и приду.

Кусала губы, сдерживая слёзы. Видеть Кэптена, слышать его, постоянно думать о нём, не имея возможности забыть, оказалось больно. Эта пытка закончится когда-нибудь?

Закончится. Сегодня. Или когда-нибудь.

В кухне пахло жареной уткой, свиными колбасками и тушёной капустой. А ещё печеньем, горячим шоколадом и масляно-ореховым кремом.

Ника не сдержалась, сглотнула набежавшую слюну. Вспомнила, что за весь день толком так и не поела.

Хенни и Тёкла сидели за столом у окна и разговаривали. Перед ними стояло большое блюдо с остывающим творожным печеньем с миндалём. Ида стояла рядом, слушала женщин и хрустела морковкой. Её глаза горели неприкрытым интересом.

Ника подошла ближе. Работницы настолько увлеклись беседой, что пропустили её появление.

— Вот ей-богу не вру, — Хенни заёрзала на табурете и торопливо перекрестилась.

— Поделом ей, изменнице, — Тёкла вытерла уголки губ полотенцем. — Нельзя жить во грехе. Диавол прельщает живые человеческие души всеми соблазнами мира. Важно устоять, не соблазниться, не погубить душу бессмертную.

— Дитя жалко, — пробормотала Ида.

— Живя во грехе да погрязнув в преступных деяниях, не станешь добропорядочной матерью семейства, — нравоучительно заметила Хенни.