Нежное создание (СИ)

Велели нанять людей, чтобы за два дня управиться с уборкой. Работы невпроворот, — вздохнула госпожа Бригитта.

— Понимаю, — согласилась Ника. Выходит, у Кэптена есть средства или… — Он, случайно, не собирается продавать дом? — от неожиданной мысли сердце заныло знакомой тоской.

На колени к Нике запрыгнула дымчатая кошка. Заглянув в глаза, боднула её под руку, выпрашивая ласку. Заурчала, когда её погладили.

— Господь с вами, госпожа Руз, — женщина положила сложенное полотенце в стопку белья и взяла следующее. — Уж они не пустят по ветру последнее, что у них осталось.

— Трёх кораблей? — не сдержала удивление Ника. Потеря представилась колоссально огромной, смириться с которой сумеет не всякий. Не потеря, а катастрофа! Вот это удар судьбы!

— Господин Адриан и его отец, упокой, Господь, его душу, — поспешно перекрестилась экономка, — решили отдать торговые корабли на войну с англичанами вот так запросто, в один миг, — развела она руками.

— Торговые?.. На войну?.. — не могла понять Ника.

Знала, что на торговых судах тех времён были пушки, чтобы противостоять захвату пиратскими кораблями. Но чтобы корабли участвовали в полноценных боевых действиях, неприспособленные для этого, слышала впервые. Правда, этим вопросом никогда не интересовалась.

— Их там как-то укрепляют, дополняют пушками и всяким нужным для ведения боя, — махнула рукой госпожа Бригитта. — Господин Адриан были на одном из своих кораблей капитаном.

— Корабли не были застрахованы?

— Были. Скажу больше, — женщина уложила на колени наволочку, выворачивая и очищая углы от набившегося пуха, — господин Адриан могли написать прошение и стребовать с адмиралтейства не только уплаты страховки, но и компенсацию за их потерю. Хотя бы за один корабль, — экономка показала мизинец, — но не стали. Другие, видите ли, могут, а они нет. Вот покойный господин Ван дер Меер такой же были.

— Всё ради чести и блага нации, — подняла Ника подбородок.

— Верно, моя девочка, — улыбнулась госпожа Бригитта тепло. — Всё ради чести и блага нации, — повторила со смесью гордости и сожаления. — Только одного денежного довольствия будет мало, чтобы содержать дом и семью.

Она вздохнула, встряхнула наволочку, подняв с пола пыль, и чихнула.

Ника чихнула следом:

— И ничего сделать нельзя? Повлиять на него как-то?

— Влиять некому, — снова вздохнула экономка. — Упрямый, весь в отца.