Нежное создание (СИ)

Вытер ладонью подбородок и подцепил кончиком ножа ломтик копчёного мяса.

— Не скажет, — произнёс уверенно, облизывая полные губы. — Вот если бы кредит получила госпожа Маргрит раз уж господину Якубусу дать невозможно. Ей по силам начать своё дело и вступить в гильдию. Мне известен случай, когда женщина вступила в гильдию по торговле шерстью и тканями. И даже стала главой гильдии. Но госпожа Руз… — он окинул ироничным взором нахохлившуюся Нику. — Надо разбираться в кредитных делах, чтобы знать чего от тебя может хотеть заимодавец.

— Готова поспорить, что угадаю, что предложит мне господин Ван Ромпей. Вот, — она достала золотую монету, которую дал ей перед обедом Якоб, и положила на стол. — Кто желает присоединиться не к пустому спору, прошу делать ставки.

Господин губернатор вытянул шею и разочаровано протянул:

— Гульден? Всего-то?

— У меня больше нет. Но станет, когда я выиграю. Можете поставить больше, — она с вызовом ему улыбнулась и посмотрела на банкира, пребывавшего в глубокомысленной задумчивости.

У губернатора-балагура азартно заблестели глаза. Он уселся на стуле удобнее и потёр руки:

— Вы как, господин Геррит? Участвуете? Вы же зачинщик всего этого, вам уклониться никак не возможно, — не дал выбора банкиру. — Ставлю десять гульденов, что госпожа Руз не угадает ваше предложение!"

"Господин Ван Ромпей молча достал свой тяжёлый кожаный кошель и отсчитал десять гульденов. Подвинул их к монетам господина Хендрика.

Ника повернулась к брату:

— Ты со мной, Якоб? — у госпожи Ма не спрашивала.

Женщина сидела с отрешённым видом и не сводила глаз с дочери. На неподвижном лице застыла маска немого удивления. Откуда у её Руз, её тихой и послушной девочки нашлось столько смелости, чтобы вступать в спор и вести беседы на равных с господами Ван Ромпеем и Хендриком ван Деккером? Разве она не учила дочь быть скромной, немногословной, покладистой? Можно было бы подумать на опьянение вином, но она его почти не пила.

Якоб в раздумье потёр подбородок:

—°Толком не знаю, чему тебя учили в той французской школе, но, несомненно, не ведению торговых дел, — он достал из кошеля пять золотых и положил рядом с монетами гостей.

Ника поморщилась и тронула шишку на затылке. Горячая, она пульсировала болью. Не ждала от брата другого. Как подделывать подписи на документах, так он в способностях сестры не сомневается, доверяет, а как поддержать хотя бы морально — сразу же в кусты.

О чести и совести Ника промолчит.