Нежное создание (СИ)

Не сдержалась, не успела остановить охватившее её чувство гадливости и презрения.

Расплата не заставила себя долго ждать.

Якубус отёр рукавом щёку, схватил сестру за горло и сильно сдавил:

— Коль смеешь идти против меня, держи ответ. Вот думаю, не определить ли тебя в лечебницу Хет Долхейс23 в Харлеме? Или может, пожелаешь обустроиться в больничке Питье-Сальпетриер24 в Париже? Ты всегда хотела поехать в Париж, вот и поедешь.

По телу Ники пронеслась нервная дрожь; от ужаса подкосились колени. Отвратительная тошнота скрутила живот и комом подступила к горлу.

Даже тогда, когда Якубус получит деньги, ему ничего не помешает засадить вышедшую из повиновения сестру в психушку. В этом времени признать любого недееспособным и отделаться от него навсегда не пачкая руки кровью проще простого. Попасть в лечебницу легко — уйти невозможно.

— Якоб… — застонала мать. — Чего ты хочешь, сынок? Я… я всё сделаю, что ты скажешь.

— Сделает Руз! — он с силой впечатал Нику спиной в стену.

Продолжая держать за горло, приблизил своё лицо к её лицу и тихо, словно боясь, что их подслушают, заговорил:

— Дам тебе пузырёк.

Как стемнеет, пойдёшь к Ван дер Мееру. Делай что хочешь, но он должен выпить то, во что ты вольёшь зелье. Оставишь дверь открытой. Не ту, что выходит на улицу, а ту, что ведёт во двор. Утром с матерью уедешь в Амстердам.

— Якоб, сынок, — заныла мама, плаксиво всхлипывая. Гладила его по плечу. — Дай мне пузырёк. Я пойду, я сделаю. Я отравлю Ван дер Меера.

— Не ной! — прикрикнул он на мать. — Я не собираюсь его травить.

Он крепко уснёт. Остальное не ваша забота.

— Я… я пойду, — теребила госпожа Маргрит сына за рукав.

— Тебя он не впустит в дом, а вот её впустит, — Якубус сильнее сдавил горло сестры. — Ты меня поняла, Руз?

Ника захрипела. Перед мутнеющим взором зароились кровавые мошки. Слабыми пальцами тщетно пыталась разжать железную хватку мужчины. Утвердительно закивала и просипела:

— Поняла.

Якубус убрал руки.

Ника захлебнулась воздухом, закашлялась, согнулась пополам. Массируя шею, через силу прохрипела:

— А когда мы вернёмся… через пять дней… Ван дер Меера уже похоронят.

Устроишь ему несчастный случай?.. В его доме случится пожар?

— Зачем портить добро, сестрёнка, — самодовольно отозвался брат, вытирая потные руки о полы кафтана. — К тому же наш дом рядом. Не хотелось бы потом заливать водой и его. И только посмей учудить что-нибудь э́такое, — он покрутил растопыренными пальцами перед её лицом. — Деньги в Амстердаме получишь векселями.