— Ну наконец-то! А то это как-то даже несправедливо. Я ему конфету на поебаться вожу, а когда работать будет — непонятно.
— Расул, заткнись.
Я не выдерживаю, но достается языкастому придурку, а не Вяземскому.
— Да, Расул. Не лезь. Так что скажешь про вброс через нее, Рус?
— Что ты хочешь вбросить?
— Нужно вбить клин между Яровеем, Зерновыми и начбезом.
— Это можно сделать через Артура, — мой голос звучит ровно. Взгляд — спокойный. Но я знаю, что это уже лишнее.
— А можно через неё.
Вяземский смотрит выжидающе.
В голове крутятся шестеренки. Я прекрасно знаю, как это организовать через неё. Доверие — страшное оружие. Простота — огромный соблазн.
Почему не говорю «да»?
Потому что шестеренки заедает на неизвестно откуда взявшихся песчинках. Песок сыплется и сыплется. Шурупы вылетают.
Чего ты хочешь от меня?
Честности.
Я с самого начала знал, что честности не будет. Будет боль. Но я не хочу её в это всё мазать до последнего.
— Через неё пока не время.
Расул гадко хихикает. Вяземский кривится.
— Жалеешь? — Спрашивает, склонив голову.
Молчу. — Ты же не привяжешься, правда? И лишнего не пизданешь?
— Мне не пятнадцать.
Я уже и сам не знаю, из-за чего злюсь: что навязывают свои страхи или что я сам задаю себе те же вопросы. Расул цокает языком, пользуясь возможностью подбросить в разговор дровишек.
— Там такая соска, Андрей Дмитрич. Ну как к ней не привязаться?
Любого из нас в любой же момент могут перекупить, принудить, вытащить имена остальных клещами или пытками. Каждый из нас может разрушить жизни другим.
И я даже в теории могу понять опасения Вяземского, но… Пошли нахуй.
— Расул, ещё слово и зубы будешь собирать в пыли. Хорошо?
Парень психует. Фыркнув, встает и начинает ходить по помещению. А Вяземский всё ещё ждет ответа.
Я его не знаю.
Я определенно к ней привязался. Лолита — блажь, а не четкое исполнение задания. И я многое делаю просто потому, что хочу эту блажь продлить. Но это не значит, что забыл, что служит целью.
Сейчас. И до нее. И после.
Она хочет свободы.
Я тоже её хочу. Расправиться с долгами и уебать. Я всегда был одиночкой. Я всегда им буду.
— Мы всё это затеяли не просто для того, чтобы тебе было с кем поебаться, Рус. — Голос Вяза звучит хрипло.
— Я делаю свою работу, а вы мешаете.
— Давай через нее сделаем тест.
Андрей настаивает. Я провожу с нажимом по браслету часов.
— Я подумаю, уместно ли.
По раздувшимся ноздрям и вспышке в глазах распознаю недовольство, но похуй. Как бы там ни было, мне виднее.
