— Я только хочу понять, — сказала Инга. — И Ребекка тоже. Дай нам эту возможность!
Было отчетливо видно, что этот спор привел ее мужа в ярость. Он сделал несколько шагов из стороны в сторону, причем в его движениях было что-то агрессивное и несдержанное.
— Нас, — сказал он. — Ты заметила, что ты говоришь о ""нас""? Словно вы объединились в один союз? Ты и эта… — Мужчина сделал акцент на этом слове. — Эта свинья из социального ведомства!
Инга съежилась. Его ярость была почти ощутимой в комнате.
— Мариус, — осторожно произнесла она.
Муж мрачно посмотрел на нее.
— Я не могу тебя отпустить. Ты тут же помчишься в полицию, чтобы вытащить из петли голову твоей любимой Ребекки!
Это была наивная попытка, но тем не менее Инга рискнула:
— Нет, Мариус. Что бы вам ни предстояло выяснить — выясняйте. Я обещаю тебе, что полечу в Германию и не стану вмешиваться в твои дела.
Теперь взгляд мужчины стал презрительным.
— Инга, Инга, — произнес он, — ты что, считаешь меня настолько глупым? Ты боишься меня и готова сейчас наобещать мне с три короба.
И еще боишься за Ребекку. Да ты просто трясешься от страха! И ты думаешь, что этот милый Мариус просто псих, не так ли?
Женщина уклонилась от его взгляда, и он тихо засмеялся.
— Конечно, ты так думаешь. С того самого момента, как я хотел смыться с яхтой. С того момента, как я столкнул тебя в каюту. А теперь еще и объявляюсь здесь посреди ночи, разбиваю окно в ванной и тихо крадусь по дому… Да ты на все пойдешь, чтобы воспрепятствовать тому, чтобы я сейчас стал допрашивать Ребекку!
— Нет, Мариус, я клянусь тебе, что…
Сделав два больших шага, муж оказался рядом с Ингой, после чего схватил руку жены и так сильно сжал ее своими пальцами, казавшимися стальными, что она вскрикнула от боли и от испуга.
— Никогда больше не смей меня дурачить, слышишь? Никогда! Я не дурак! Я не последний! Никогда не смей обращаться со мной как с последним!
Женщина уставилась на него. А он тряс ее, и ей казалось, что он сломает ей руку.
— Скажи: ""Да""! Скажи: ""Ты не последний, Мариус""! Скажи это!
Она сухо сглотнула.
"
"— Ты не последний, Мариус.
Он отпустил ее. Жилы ее руки ритмично пульсировали.
— Я хочу тебе кое-что сказать, Инга. Твоя дорогая Ребекка лежит наверху в своей спальне на полу. Связанная. С затычкой во рту, так что она не сможет позвать на помощь. И поэтому ты останешься здесь. Так долго, пока я не закончу с Ребеккой!
И только в этот момент Инга увидела у него в руках бельевую веревку. И поняла, что он и ее свяжет.
