"
"Грета готовила обед, и по всему дому тянулся такой вкусный запах… У Мариуса аж живот судорогой свело от голода, и в какой-то момент он подумал, что сойдет с ума, если не получит что-нибудь поесть. Каким-то странным образом его приемная мать, лишенная всякой фантазии, готовила довольно хорошо.
Он пошел на большой риск. Если его застукают на кухне, когда он ворует еду — а они называли воровством то, что Мариус иногда перекусывал между официальными трапезами, — то они опять побьют его.
Запрут его на все предстоящие выходные и оставят голодным. Такие драконские наказания они всегда устраивали только к выходным, когда ему не нужно идти в школу, иначе было слишком рискованно, что кто-нибудь это заметит. Однажды, полгода назад, Мариус упал со скамейки посреди урока от голода и несколько секунд лежал без сознания. Его учительница поговорила с Фредом и Гретой, но Фреду, конечно же, опять удалось представить случившееся безобидным пустяком. Он выразил глубокую озабоченность тем, что его приемный сын — такой плохой едок, который отвергает почти все, что ему ни предложат.
— Если б все шло, как ему хочется, так он питался бы одной картошкой фри и пиццей, — заявил Леновски, наморщив лоб, как такса. — Но так ведь невозможно воспитывать ребенка, не правда ли? Моя жена прилагает все мыслимые усилия, чтобы сделать овощи и мясо для него вкусными. И как же часто ей приходится убирать его тарелку нетронутой!
Учительница купилась на его разглагольствования.
— Эта проблема существует во многих семьях, — сказала она. — В силу большого выбора продуктов быстрого приготовления детей балуют, и они приучаются к неправильной еде, а потом трудно бывает накормить их другими вещами, которые являются намного полезнее. Тем не менее Мариус чересчур худой. Но тут возможно и… — Она понизила голос, хотя мальчик находился в комнате и все равно слышал каждое слово. — Возможно и серьезное нарушение приема пищи.
В конце концов… учитывая его историю…
Фред сделал вид, что считает учительницу превосходным педагогом, которая подала ему ценную мысль.
— Я подумаю; возможно, нам следует принять профессиональную помощь, — заверил он ее. — Вы совершенно правы, с подобными проблемами нельзя обращаться легкомысленно.
Мариусу стало совсем плохо от этой болтовни. К этому времени он уже перестал надеяться получить помощь и не просил о ней.
