А девчонка дюже гордая, привыкла к самостоятельности. С животными общий язык имеет.
— В Гретхеме, Леонид, я держу в каждом классе несколько мест как раз для талантливых девочек без происхождения. Адаптацию мы берем на себя. За исключением совсем уж зазнаек, их никто не трогает.
Снова не кстати на ум пришли Лидия и Серена. Обычно с девочками «из простых» не возникало проблем. Им придумывали легенду — например, знатного загулявшего папашу с деньгами, — индивидуально учили манерам, а потом вводили в класс. Такой подход себя полностью оправдывал.
Ученицы не узнавали в Каролине с длиннющей фамилии, приехавшей из соседней страны, дочку булочника, которая много лет подряд подавала им пирожки.
Тем не менее, обещать слишком много я тоже не имею права. Мы не в состоянии брать всех.
— Дело в том, что в обход происхождения мы принимаем либо очень толковых девочек — феноменальная память, способности в математике и много чего еще, — либо тех, у кого одна из стихий развита выше средних показателей. По взрослым меркам… Но ты не переживай.
Гретхем дает гранты на обучение в школах попроще. Когда твоя родственница пойдет работать, она будет выплачивать нам фиксированную сумму в течение пяти-десяти лет. В семнадцать-восемнадцать лет у нее будут гарантированные навыки в бытовой магии. На рынке труда такие магички нарасхват.
Не стала упоминать, что эти школы строятся и спонсируются Гретхемом, но входят в королевскую систему образования. Мы следили за тем, чтобы условия проживания, уровень обучения там соответствовал нашим стандартам.
Однако текучка кадров оставалась высокой, и разного рода неприятности происходили чаще, чем в моем пансионе.
Мастер Корп сдержался и не стал валиться на колени. Традиция в благодарность целовать знатным дамам подол постепенно отходила в прошлое. Наверное, мужчина вспомнил, что ему года через два дадут звание почетного горожанина, и у него четыре магазина на разных курортах.
Тем не менее, в глазах Леонида выступили слезы.
— Все правда, что о вас говорят, леди Бланш.
Вы живое воплощение матери Великой богини. Только она проявляла одинаковую милость ко всем без разбору… Любого, кто против вас слово скажет, мы на вилы. Все помнят, кому курорты обязаны процветанием… Министра энтого, пусть только попробует вас обидеть, даром что герой войны…
Колокольчик над входом звякнул как раз в этот момент. Я выдохнула, когда сообразила, что это не сам Родерик, а лакей в цветах Конрадов — с посланием от великого князя.
