Няня для военного

– Ты мне няню нашла?– Нашла-нашла. Самую лучшую!– Ева, если сегодня что-то пойдёт не так…– Да профессионал она, зуб даю!Тем временем в детской:– Так, мелочь пузатая, по койкам легли и тёте не мешаем. У меня важный разговор с президентом. Алло, мам, да-да, перед выходом покушала, лоток Ваське поменяла. Да кто отлынивает? Я работаю вообще-то, няней!Когда я просила Еву устроить меня на эту работу, не думала, что она окажется такой сложной. Мало того, что дети оказались сущими дьяволами, так у них ещё и отец с прибабахом.

Вот зачем она так делает? Провоцирует и строит из себя недотрогу? А ещё хлопает своими ресницами, заставляя погрузиться в омут этих голубых глаз с головой. Такие яркие, красивые и невинные…

Я же не железный, чёрт возьми, всё это терпеть!

– Девочка, – выдыхаю, надеясь не сорваться. – С огнём играешь.

Девчонка от моих слов приоткрывает губы, которые так и приковывают к себе взгляд. Дыхание учащается, а пальчики на моей футболке чуть поджимаются, сминая белую ткань.

– Не играюсь, – выдавливает она, заставляя напрячься меня ещё больше. Разве это нормально, что я так реагирую на неё? Немыслимо! – Я вообще огня боюсь.

Правильно, бойся, потому что он может обжечь и навредить. А ещё полностью накрыть с головой, сжигая до чёрной корочки.

– Юль, – произношу решительно, сам не понимая, что творю. – Прошу тебя ещё раз. Прекрати так одеваться, если не хочешь, чтобы потом случилось что-то непоправимое.

Сказав эти слова, предупредил её. Я и так долго сдерживался. Каждый долбанный раз. Все эти мимолётные и случайные касания, взгляды, обжимания тоже влияют на меня.

Она молчит несколько долгих секунд, которые держат в напряжении. Не выдерживает и опускает взгляд вниз, и будто задерживает дыхание, прежде чем еле слышно сказать:

– А может, – собирается с мыслями, нервно трогая мою майку. На мгновение замолкает, а потом тихо выдыхает: – Я хочу, чтобы это случилось?

– Смотри, какая красавица, – мама любовно провела ладонью по красному металлу, а я только и могла смотреть на это округлившимися глазами.

– Мам, скажи честно, – начала я, подходя к красной иномарке. – Почку продала? Наркобароном стала? А может, ты в тайне меня в рабство продала?

Мама нервно засмеялась, будто я попала в самую точку.

– Да что ты такое говоришь, – махнула она рукой, потирая платочком красную поверхность. Дыхнула на неё, и после стёрла невидимое  пятно.