Няня поневоле (СИ)

Иначе я тебе не завидую, — рыкаю глухо. Что делать? Приходится немного перегнуть палку. Мне сейчас миндальничать некогда. Даже короткая тирада сбивает девчонку с толку. Она опять хватается за свою кошелку. Аж костяшки белеют от напряжения.

«Боишься, куколка? Ну и правильно», — криво усмехаюсь я и смотрю на девицу холодно и отстраненно.

— Вы ошибаетесь. Я ни в чем не виновата, — лопочет она. — Я не акушерка, а доула. Оказываю психологическую помощь при родах. Принести водички, сделать массаж. Обговорить предстоящие манипуляции с врачами.

Объяснить ситуацию роженице. Конечно, я училась родовспоможению и за новорожденными умею ухаживать. Но акушерка у нас Людмила Вячеславовна. Она — очень опытный специалист. Все прошло удачно. Мать и ребенок чувствуют себя хорошо… Жанна мне звонила, благодарила за помощь. И от других клиентов только положительные отзывы. Если у вас есть какие-то претензии к моей работе, озвучьте их, пожалуйста. Я считаю, что никаких накладок или эксцессов не было. С малышом и его мамой полный порядок…

— Тебе так кажется, — холодно обрываю я.

 — За моим сыном нужен уход. Няньку час назад сбила машина. Поэтому тебе придется ее заменить…

— Любое агентство пришлет вам замену, — робко вставляет она.

— Не сомневаюсь, — самодовольно ухмыляюсь я. — Но, во-первых, не хочу пускать в дом посторонних. И так тут с этими родами стадо мамонтов через весь дом пронеслось. А ты вообще проникла по подложным документам. Облапошила охрану. Во-вторых, новый человек должен пройти тщательную проверку и сдать анализы.

Это займет время. Много времени. А вот его сейчас нет. Придется отдуваться тебе. А тем более родня, — фыркаю я с издевкой. — Свояченица хренова.

— А Жанна? — окидывает меня горящим взглядом девица. Бросается в бой, как будто от ее сестры что-то зависит. — Где она? Первое время и она может ухаживать за Марком. А я буду подменять…иногда. Ну пока нянька к вам не оформится…

— Жанна уехала, — ощерившись, бросаю я и добавляю небрежно. — Мы расстались. Она отказалась от ребенка…

— Как расстались? Она не могла… Я ничего не понимаю… — лопочет девчонка.

Она напоминает мне взъерошенного воробья. Маленького и сердитого.

— Тебе и нечего понимать, — фыркаю я, беря с письменного стола тяжелое нефритовое яблоко. Кручу его в руках от нечего делать. И неожиданно понимаю, что девчонка вжимает плечи. Наверное, испугалась, что я запущу булыжник с золотым хвостиком ей в голову. Зря, конечно, так плохо обо мне думает. Я женщин не бью.