Ничего не бойся! Твой Белый

Упав лицом в подушку, плачу от бессилия. Вздохнув поглубже, уговариваю себя, что все будет хорошо. Бьянко обещал, что мы уйдем. Он меня выведет. Дальше пока в моей голове нет никакого сценария. Только облегчение, что Варан больше ко мне не прикоснется.

По лестнице шаги.

Выплеснув эмоцию, сажусь прямо, поправляя растрепанные волосы.

Но вместо Бьянко заходит женщина. С недоумением смотрю ей в глаза.

Она смотрит на меня безэмоционально. Таким цепким властным взглядом... Как у надсмотрщика. Белобрысая, коротковолосая, бесцветная, грубоватая, как необтесанное полено.

"Тётка! Баба! Как там у русских называют таких?

- Анна. Vieni con me. (Пойдём со мной), - с каркающим акцентом.

- Dovrei essere qui. ( Я должна находиться здесь), - настороженно отползаю по дивану к стенке.

- Ruslan ti chiede di venire. (Руслан просит тебя прийти).

- No. Ho paura di uscire. lascialo venire! ( Нет, я боюсь выходить. Пусть сам придёт!).

Я знаю, что он не придёт сюда.

- Subito! (Немедленно!) - губы сжимаются в жестокую линию.

- Нет. Не приказывать мне! - задираю подбородок. - Вон отсюда!

Бояться поздно. Моё послушание уже никакой роли не играет. Игра в дурочку закончилась. Я буду сопротивляться. И пусть лучше в меня воткнут то, что в прошлый раз и я ничего не почувствую, чем буду смиренно терпеть всю эту мерзость.

Тетка подходит ближе.

- Мне придется тебя отвести.

Она такая крепкая, что с первого взгляда кажется толстой. Но стоит только взглянуть на обтянутые тканью бицепсы, чтобы понять, что это совсем не жир делает ее такой крупной.

- Лучше бы тебе пойти добровольно, Анна.

Сопротивление будет? С сарказмом спрашиваю себя. Что я смогу против этой горы?

Дёргает меня за щиколотку, подтягивая к краю. Стаскивает с дивана, заламывая руку за спиной. Не больно...но стоит только пошевелиться и плечо пронзает острая нестерпимая боль.

- Спокойно. Подчиняйся - целее будешь, - сжимается ее кисть сзади на моей шее. - Иди. Вперед.

Перевожу взгляд на дверь, по лестнице поднимается ещё кто-то.

- Бьянко! - испуганно вскрикиваю я, надеясь, что это он.

Дверь отлетает, ударяясь об стену.

Бьянко оценивающе смотрит на нас.

- Как вас там? Эмма? Горничная, верно?

- Верно.

- Отпустите Анну.

- У меня распоряжение.

- А у меня контракт с Анной о сопровождении, обеспечении безопасности и неприкосновенности. Не вынуждайте меня ""обеспечивать неприкосновенность"".

- С дороги, - упрямо бросает Эмма.