Ничего не возьму с собой

И если Аленка хотела пить, то ей хотелось не газировки или сока, а обычной кипяченой воды из чайника, причем вода должна быть комнатной температуры. Бутылка такой воды всегда была у Дианы с собой.

Через две машины от них вдруг вспыхнула громкая ссора. Мужчина кричал на женщину, она кричала в ответ. Аленка поперхнулась, закашлялась и инстинктивно спряталась за мать. Ссора же разгоралась, как степной пожар в сухое лето. Диана открыла машину и усадила Аленку внутрь, поспешно завела двигатель и сдала назад, выезжая.

Аленка молча смотрела в окно, забыв о розовой сладкой вате.

Появившись будто из ниоткуда, на капот их машины упала женщина с разбитым лицом. Аленка закрыла глаза и громко заплакала.

Диана остановилась и повернулась к дочери. Нужно было что-то делать. Но что именно?

К счастью, в этот момент на стоянку въехала полицейская машина, из которой, к огромному облегчению Дианы, вышел Бережной.

Он торопился изо всех сил, но все равно приехал к шапочному разбору, все развлечения пропустил.

Надеялся застать своих девчонок, довольных и уставших, чтобы повезти их обедать в «Виллу Оливу», где заказал столик.

И вот на капоте машины, в которой сидят его девочки в блестящих коронах — королевы в королевской карете, — лежит окровавленная, кричащая от ужаса женщина. Величественного в этой картине мало. Хорошо еще, его подвезли патрульные.

— Ну, похоже, я все-таки вовремя.

Патрульные занялись своей работой, а Бережной открыл дверь и уселся рядом с Аленкой, которая тут же обняла его и заплакала горько и безутешно, сжимая в кулачке палочку, на которой колыхался шар сладкой розовой ваты.

— Надо же такому случиться! — Диана расстроенно посмотрела на мужа. — Но так вовремя ты еще никогда не появлялся.

— Патрульные все уладят, поехали.

Они оба знали, что Аленка боится таких сцен. Кажется, что она совсем оттаяла от пережитого в прежней семье и забыла все страшное. А потом происходит что-то, и они понимают, что она ничего не забыла.

И сколько времени нужно, чтобы залечить израненную детскую душу, исправить то, что проклятые негодяи сотворили с ребенком, они не знают. Но твердо знают, что не отступят, пока не исправят все те ужасные последствия жизненной несправедливости, от которой пострадала их Аленка.

Они не могут изменить мир вокруг, но они могут изменить мир своего ребенка.

Анна стоит и смотрит на Никиту во все глаза. Она видит, что тот чем-то сильно расстроен.