Ничего не возьму с собой

Выяснил генерал и еще кое-что: цикл роликов о домашнем насилии начался примерно месяца за три до того, как Габриэлла опубликовала свой видеодневник.

— Ты не просто хотела обобрать бывшего супруга, — покачал он головой. — Нет, ты готовила общественное мнение. Ты создала канал, где изображала прямые эфиры, а в соцсетях образовалась группа «Веста», которая использовала эти ролики. Думаю, если поискать, то и там найдется твой след. Кто же ты? Зачем ты все это затеяла, неужели только для того, чтобы подвести под монастырь Никиту Радецкого? Так это из пушки по воробьям, ему бы и видеодневника хватило за глаза, чтоб он отдал тебе все до последней копейки, лишь бы ты не обнародовала этот грязный пасквиль.

Бережной представить себе не мог, что чувствовал обманутый муж. У него в голове не укладывалось, как можно изо дня в день жить с человеком: готовить для него еду, вместе обедать, ходить с ним в гости, ложиться спать в одну постель, а параллельно трудолюбиво подготавливать не просто западню, а тотальный Армагеддон — полное разрушение его жизни.

— Нужно выяснить, что стало с бедолагой. Возможно, его уже и в живых-то нет, — Бережной вздохнул. — Ладно, поехали дальше.

Зазвонил телефон, и Бережной недовольно поморщился — не любил, когда его отвлекали. Но звонила Диана, и он обрадовался: ему очень хотелось рассказать жене о своих открытиях и как он обставил Игоря — сел-таки старый друг в лужу, если только не ведет свою интригу.

— Андрюша, ты на месте? Я заеду к тебе, обед привезу.

— Да, на месте. — Бережной улыбнулся. — Аленка в школе?

— Нет, там сегодня какая-то экскурсия, и я оставила ее дома. Время самое что ни на есть гриппозное, и в толпе ей делать нечего. Сидит, играет в куклы, скоро Лиза придет, и я смогу приехать.

Лиза — милая девушка-соседка, студентка университета, которую они наняли, чтобы она занималась с Аленкой английским. Аленка обожает Лизу и с удовольствием проводит с ней время. Иногда Бережной думает о том, что случилось бы с Аленкой, если бы ее биологические родители остались живы, и эти мысли приводят его к выводу насчет справедливости некоторых вещей, даже если они на первый взгляд кажутся ужасными.

Ведь останься она там, то вместо кукол, мультиков и английского была бы холодная грязная лестница, драки и грязь, дешевая водка и наркотики, ранняя половая жизнь и ранняя смерть. А так как этот круг разорвался, то сейчас она дома — там, где и должна быть.